Питер – Москва. Схватка за Россию

Александра Пыжикова не раз видел у главного "эксперта рунета по малолетним дебилам" Дмитрия Юрьевича Пучкова aka Гоблина, нередко вместе с Евгением Спицыным. Оба запомнились темой  староверов. До сего момента не знакомился ни с кем из них в тексте.

Книга посвящена вопросу формирования отечественной буржуазии как правящей элиты и влиянии на жизнь страны с начала построения капитализма вплоть до революционных событий. Без темы староверов тут не обошлось. У российской буржуазии было два основных центра формирования: Москва и Петербург. Московская буржуазия в лице купечества получила взлёт во многом благодаря общинной староверческой системе, которая способствовала помощи своим внутри клана, предусматривала и возможность наследственной передачи в пользу общины. В этой части интересно было бы увидеть подробные разборы наследственного права в пользу таких общин. Все эти механизмы обеспечивали рост снизу. Столичная Петербургская буржуазия была во многом связана с высшей бюрократией, государственным капиталом, иностранным капиталом и во многом насаждалась сверху. Царское правительство способствовало росту предпринимательства в том числе среди крепостных и мелких крестьян путём чеканки мелких денег согласно реформам графа Шувалова, чему препятствовало давнее купечество во многом московское и что приветствовала столичная питерская аристократия, состоящая из дворян. Доход во многом и барину.

Почвеннические настроения и славянофильство в XIX веке во многом были свойственны "московской группировке" без помощи иностранного капитала, со временем ближе к революции именно московская группировка стала придерживаться либеральных взглядов на фоне ограниченного доступа к кормушке. Опять же и центральная власть совсем не могла не считаться с такой силой. Во времена Александра II железная дорога между Петербургом и Москвой была отдана в управление объединения с участием Питерской группировки с участием иностранного капитала несмотря на тендерно более выгодные условия москвичей, однако при этом чтобы не создавать лишнюю оппозицию им была отдана Курская железного дорога.

Московская буржуазия по оценке авторов расследований времён Николая II стала двигателем первой русской революции, сама способствовала революционному движению рабочих в отличие от питерской буржуазии, впоследствии получила площадку выражения свих прав в Государственной Думе, где продолжила схватку за Россию. Много рассказано о расследованиях вокруг итогов русско-турецкой войны 1877-1878 годов, перераспределения активов уральских горных заводов и передаче их более эффективным собственникам и соре за них Москвы и Петербурга. Очень много вопросов о принадлежности банковского капитала и слияния с промышленным. Что-то напоминает. Да, напоминает и ещё как размен активами между банками и промышленными группами в современной либерально-буржуазной России, в том числе с участием иностранцев. Рябушинские, Путиловы, Морозовы, Мамонтовы. Чем не Потанины, Кимы-Бакальчуки, Батурины.

Исследован также период в ходе Первой мировой войны в ходе которого проводился секвестр предприятий с дальнейшей передачей более патриотичным "олигархам" - подданным Российской Империи и дружественным французам, британцам. Секвестр напоминает национализацию по-современному с дальнейшим перераспределением (изымаем у недружественных собственников, передаём в более лояльные руки). Секвестру подвергся Путиловский завод и еще целый ряд предприятий. Изъятие собственности пусть и формально временно начали практиковать ещё  при царе. А при Путине?! Да всё также после некоторых событий 2022 года. Гордо называю национализацией, про дальнейшую приватизацию обычно не так громко, разве что в узких кругах.

Одним из громких дел, сотрясших бюрократические верхи, стал секвестр Путиловского завода, в результате чего Русско-Азиатский банк лишился контроля над ним. Следует уточнить, что национализация промышленных предприятий — не редкость в годы войны. Всего за этот период было секвестировано 94 объекта: 28 из них непосредственно Особым совещанием, остальные — начальниками военных округов, генерал-губернаторами; в подавляющем большинстве это были незначительные промышленные заведения. Особняком стояли лишь несколько крупных индустриальных активов, принадлежащих питерским банкам и задействованных в судостроительной программе...

Интересны исследования деятельности Корнилова и его связи с питерской группировкой. Во многом объясняется через его ординарца Завойко, связанного с Азиатско-Тихоокеанским банком и опять, что-то напоминает. Помню Сергея Кожугетовича Шойгу в списках попечителей Ельцин-центра попутно с разыми представителями банков. Связь не прямая, но есть о чём задуматься. Жаль, что профессор Александр Пыжиков ушёл в мир иной, Мир его праху, а было бы интересно дальнейшее исследование влияния капитала на стороны Гражданской войны, тем более самых разных трактовок в том числе мифов выдвигается в отношении разных сторон и деятелей. Впрочем дело кто-нибудь когда-нибудь продолжит.

Сейчас на дворе век XXI, но по тексту ловил некоторые параллели. Можно возразить, конечно, книгу писал марксист и поэтому можно ли верить?! Но автор периодически оспаривал советскую версию с учётом уточнённых архивных данных. Москва - Питер в схватке за Россию сейчас?! Ну, как сказать?! По малолетству читал статью во вполне либерально-буржуазном журнале РБК, где обозревались банковско-промышленные группы, ассоциированные с государством. Возможно, я найду тот выпуск в личном архиве, но это не точно.

В той статье описывалось 10 правящих группировок по состоянию на конец нулевых-начало десятых, все десять я не вспомню, но пятёрку в общих чертах опишу. Две основные группировки: питерские юристы (Миллер, Шувалов и др.) и питерские силовики (Сечин и др). Понятно, что их влияние идёт от второго и третьего российских Президентов. При четвёртом, пятом появятся новые игроки, кто-то поднимется и уничтожит прежних.  "Москвичи" тоже в списке были, хоть и не помню как назывались. Кажется, московские девелоперы. К ним относились Елена Батурина, Виктор Батурин, Яна Рудковская. Естественно в ассоциации с мэром Москвы Юрием Лужковым. Из остальных запомнил группу Альфа-Онэксим-групп Михаила Прохорова и Германом Ханом, Ренову с Вексельбергом . Были ещё отдельные группы с Потаниным, Дерипаской. Сейчас список побогаче, хотя и в те времена были, наверное, отдельные крупные региональные группировки, возможно тут можно было докрутить. Я к тому, что данная книга интересный разбор олигархии того периода, как двигатель эволюционных и революционных событий.

Какой же богатый материал будет у историков будущего по нынешним олигархам?! Что ж, и так присматриваюсь в любой непонятной ситуации кто забирает новые полученные в ходе разного рода походов активы, кто получает подряды, там где господа чатлане позволяют сие. В этой части материальное нередко важнее духовного.

Занимательная книжка, в которой профессор МПГУ Александр Пыжиков рассматривает пореформенную Россию как арену борьбы между питерским банкирством и московским купечеством. Угол зрения довольно интересный и в некоторых случаях отлично срабатывающий, но по большей части смахивает на кабинетную подгонку фактов под теорию.

Пишет Пыжиков гладко, ладно и концептуально, однако прослеживается тот же финт, что и у Олега Айрапетова - из широкой канвы событий автор выбирает одну нить и назначает ее главной, а все остальное по большей части игнорирует. (Например, выхватывает из состава Временного правительства одного-единственного министра - Некрасова, и тщательным подбором фактов делает его едва ли не наиглавнейшим.) Идея того, что военно-промышленные комитеты стакнулись с генералами, чтобы свергнуть царя и запилить что-то более демократическое, также активно разрабатывалась Айрапетовым, только тот не делал акцент на противостояние Москвы и Питера, что является основной темой Пыжикова.

В результате часть утверждений автора явно идейные, потому как он их никак не подтверждает, просто постулирует (вроде заявления, что "нравственная мощь Александра III позволила сохранить реформы" его отца), а манифест и создание Думы изображены так, как будто ни японской войны, ни волны террора, ни восстаний по всей стране, а мол просто общественность требовала-требовала, а потом Николай такой проснулся и сказал - а дам-ка я людям парламент.

Что в книге неплохо продемонстрировано - как московская буржуазия сначала заигрывала с либералами, а потом перешла к рабочим радикалам. Вот только  я так и не понял, с чего вдруг решили делать ставку на кровь и насилие - автор убедительных аргументов так и не привел. Также интересно то, что показан период между революциями с точки зрения не политиков или общественных деятелей, а торговой и промышленной буржуазии и это даже освежает. (Даже корниловское выступление подается в контексте противостояния питерских и московских финансовых кругов.) Пыжиков отлично продемонстрировал, что московская буржуазия была самостоятельным актором в борьбе за власть и действовала активно и оригинально.

Автор вроде как немного сочувствует Москве, но у меня по чтению были мысли "чума на оба ваших дома", потому как и питерские банкиры и масковские промышленники выглядят как откровенные рвачи, пьющие народную кровь и озабочены не благом страны, а исключительно своим карманом за счет всех ближних и дальних. Все ловили рыбку в мутной воде и пытались овладеть административным ресурсом. Все  в итоге сгинули в разожженном пожаре, руки на котором погрели совсем другие люди.

В июле 1916 г. начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Алексеев М.В. подписал высочайшее соизволение производить следственные действия не только на территории, подведомственной ставке Верховного главнокомандующего, но и в тылу, где функционировали органы гражданской власти. Николай II дал такое разрешение под воздействием аргументов о важности борьбы с немецким шпионажем и со спекуляцией товарами первой необходимости. Следственная комиссия, возглавляемая начальником тайной военной разведки во всех бедах обвинила петроградские банки. Были арестованы счета банков, произведены выемки документов, в тюрьму попали многочисленные банкиры и сахарозаводчики Украины. Так начался разгром питерского промышленно-финансового клана. Так началась победа капитала Москвы над капиталом Петрограда.

Российскую буржуазию, сформировавшуюся к началу XX века, до настоящего времени принято рассматривать как достаточно единый и сплоченный класс. Такой взгляд на буржуазию в историографии сложился давно, еще с известной классовой теории Маркса-Энгельса-Ленина. Александр Владимирович Пыжиков предложил и обосновал новый взгляд на развитие российской капитализма. Его концепция эволюции капитала представлена как соревнование, переходящие порой в непримиримую схватку, двух кланов Москвы и Петербурга.

А.В. Пыжиков издал эту, вероятно одну из лучших работ по истории российского капитализма, в 2014 году. Монография необыкновенно хороша тем, что имеет оригинальную историческую концепцию, чего нет в сотнях подобных работ. В данной монографии содержание авторской гипотезы, на мой взгляд, в полной мер раскрыто. Решения и доказательства подтверждаются многочисленными документами из фондов РГАЛИ, ГАРФ, выдержками из мемуаров участников событий. Научная компетентность работы несомненна. Изложение материала свободное, легкое для чтения. Книга вышла в свет через год после публикации Пыжиковым своей работы «Грани русского раскола: заметки о нашей истории от XVII века до 1917 года», в ней подробно изложена история староверческих общин.

Деятельность российских раскольничьих общин после их легализации Петром I в экономике быстро стала доминирующей. Династия Демидовых стала основателем российской металлургии, династия Мамонтовых проявилась организатором тяжелой и машиностроительной промышленности, Морозовы вышли крупнейшими текстильными фабрикантами, династия Абрикосовых – основоположниками кондитерской промышленности, Рябушинские преуспели в текстильном и банковском деле. И это лишь самые известные фамилии.

Когда-то я несколько лет прожил в городе Иваново (ранее Иваново-Вознесенск). По мере сил интересовался, изучал особенности создания текстильных фабрик. На территории области староверческими семьями Бурылиных, Зубковых, Горелиных, Куваевых, Кобылиных и многих других практически в каждом селе, поселке строились прядильные, ткацкие, красильные, швейные фабрики. Между селениями были налажены технологические цепочки, начинающиеся с поставок хлопка из Средней Азии или льна, выращиваемого прямо в Ивановской губернии и заканчивающиеся готовыми изделиями. Развитие староверческого капитала здесь происходило по собственным духовным и организационным правилам. На основе финансовой поддержки достойных людей из кассы общины. Общинные капиталы по решению наставников и попечителей выдавались на открытие или расширение различных коммерческих дел. Кредит предусматривался беспроцентный, допускались и безвозвратные займы. Эти правила были достаточно скрытными от внешних глаз. От чего староверческая модель капитализма часто принималась как криминальная. Тут нельзя не вспомнить книжку Н. Свечин «Завещание Аввакума», который использовал слухи, сплетни о староверах для создания своего детектива.

В результате развития староверческих общин (особенно сильны были общины Преображенского, Рогожского кладбищ) в Москве сформировался центр купеческо-промышленной группы (КПГ), к которому примыкали общины центрального региона России, Урала и Сибири. КПГ контролировала производство, торговлю, коммерцию, имели и собственные банки во всех регионах. При этом финансовая система Российского государства действовала в основном через иностранные, банкирские дома: Штиглица, Юнкерса, Симона Якоби, Кенгера, Бабета, которые обосновались главным образом в Санкт-Петербурге. И обслуживала эта кредитная система господствующее сословие – дворянство. В Питере сложилась промышленно-финансовая группа (ПФГ), контролируемая царским чиновничеством. В ее ведении был запад и юг России, включая Бакинские нефтепромыслы, добычу угля в Донецком бассейне и прочее. При этом оба лагеря позиционировали себя в качестве верных государевых слуг.

В.А. Пыжиков в книге великолепно раскрывает все стороны экономического, политического и культурно-эстетического противостояния двух кланов, вылившееся в 1905 г. в открытое вооруженное столкновение в московском декабрьском восстании. Первая Мировая война вновь обострила их противоречия после девяти лет относительной спокойной борьбы. В конце концов в феврале 1917 года победила КПГ. И хотя после февраля питерская ПФГ оживилась и проявила небывалую активность во всех отраслях хозяйства, восстановиться не удалось.

И московская КПГ, поддерживавшая социалистические партии и победившая благодаря этому в долгой борьбе, и питерская ПФГ были сметены большевиками в октябре 1917 г. Началась новая история…