Исторические миниатюры

В этой новелле Стефан Цвейг рассказывает о великом моменте, родившемся почти по недоразумению. Клод Жозеф Руже де Лиль — ни революционер, ни герой, а скромный офицер с хорошим слухом — за одну ночь сочиняет песню, чтобы как-то приободрить друзей. А выходит Марсельеза — гимн всей Франции, марш, под который идут на смерть и творят историю.

Цвейг подаёт это не как торжество духа, а как трагикомедию судьбы. Руже де Лиль, сам не особенно верящий в революцию, через пару лет будет бежать от власти, вдохновлённой его же песней и чудом избежит гильотинны. Он — случайный гений, вспыхнувший на одну ночь и затем исчезнувший, забытый своей же эпохой.

Цвейг точно чувствует драму человеческой случайности: как легко человек может создать великое — и как равнодушно история его потом отпустит. «Гений одной ночи» — не рассказ о песне, а ироничная медитация о вдохновении, которое не спрашивает, готов ли ты к бессмертию.

В новелле «Невозвратимое мгновение» Стефан Цвейг обращается к судьбоносному эпизоду в истории — битве при Ватерлоо и роли, которую сыграл в ней маршал Наполеона, генерал Эммануэль де Груши. Произведение раскрывает трагедию человека, оказавшегося перед решающим выбором и не способного его сделать — или сделать слишком поздно.

Цвейг не осуждает, а сочувствует: перед нами не предатель, а жертва колебаний, долга и неподходящего часа. Через одну ошибку — почти комическую в своей трагичности — он показывает, как легко человек может пройти мимо своего великого момента, так и не узнав, что он был.

Август Зуттер просто хотел тишины, хлеба. Мечтал о мирной, справедливой жизни на новом континенте. Всё шло по плану, пока на его земле не нашли золото — и мечта быстро превратилась в хаос. Началась типичная американская история: толпа, жадность, конец мечте.

Вместо награды за честный труд — разорение. Вместо славы — забвение. Цвейг не просто рассказывает биографию, а показывает, как легко мечта может обернуться кошмаром, если она сталкивается с жадностью толпы.

Новелла короткая, но по силе воздействия сравнима с романом.

Это первая прочитанная мной вещь Цвейга. Впечатлен. Читаю дальше.