Тень за моим плечом

... Нев был рожден не просто в объятиях Тьмы, а из самой ее глубины. Тогда Егор давал ему понять, что Ангелы выбрали его не просто так, это всегда было его судьбой.

– А вы ведь всякие ужастики пишете, да? – поинтересовалась Света через какое-то время, заскучав и почувствовав, что сон все-таки накатывает. Сдаваться ему не хотелось.
– Мистику, – поправила Воронцова.
– А есть разница?
– Конечно, есть. Мистика – это все, что недоступно нашему пониманию. Но это не всегда страшно. Как не всегда то, что страшно, лежит за гранью понимания.

Карина еще в прошлый раз поняла, что Егор из тех, кто гуляет сам по себе, никого ни о чем не спрашивая. Ее это в какой-то степени восхищало и интриговало, потому что они были ровесниками, но Егор явно обладал независимостью взрослого человека. Карина пока не могла понять, что такая независимость – следствие исключительного одиночества.

– Ты знаешь, она ведь стала моей красной линией…
– Красной линией?
– У каждого подонка, представь себе, есть такая линия. Некий рубеж, который даже он не считает допустимым пересекать. Граница, за которой уже не удается убедить себя в том, что твои действия – допустимы и оправданы обстоятельствами.

Тень -это не всегда тьма. Иногда это просто силуэт, который отбрасывает предмет, ярко освещенный светом.

Нев знал, что этого решения ему не простят. Дементьев — открыто, остальные, вероятно, ничего не скажут, но относиться отныне будут иначе. Так всегда происходит, когда человек, ранее все делавший для других, вдруг начинает ставить на первое место собственные безопасность и благополучие.

-Не делать то, к чему душа не лежит, ради парня, которому ты неинтересна, — поправила Ольга. — Да и ради того, которому интересна, тоже не стоит. Лучше ориентируйся на собственные желания. Тогда, если снова случится какая-то дичь, ты хотя бы будешь знать, ради чего все это было.

— Что-то мне подсказывает, что без тебя тут не обошлось, — холодно уронила Магда. — Ты предал нас.

— Вот только не надо грязи в чистый тазик, — огрызнулся Егор. — Я не виноват в том, что этот бывший следак таким башковитым оказался.