Детский альбом. Дневник старородящей матери Ирины Лакшиной

Когда я вырасту, у меня будет двадцать два ребенкаю Старшего сына я назову Константин Устинович Черненко, второго — просто Горбачев. И оба они будут работать министрами. А потом ещё лвадцать родятся. Близнецы. И всех назову Сашами. Десять — Михайленковы и лесять — Лакшины

"Плачет. Плачет и плачет, все более безнадежно. Проверила: сухая. Д-р Спок уверяет, что во время плача ребенок развивает легкие. Надо дать отораться, а  брать на руки нельзя, чтобы не избаловать. А тут в гости зашел свекор и ринулся спасать внучку, с трудом остановили. Разъяснили про Спока. Предъявили книжку. Не убедили. "

"Детки, в школу собирайтесь. Скорее  бы… Грудью кормить не надо будет. "

"Медсестра, которая пришла забирать сытых ангелочков, укоризненно сказала мне: «Что же вы, мамочка, не догадались ее за пятку щипать?» Откуда я могла знать?! У Спока про пятку ни гугу, зато уверяет: «…еда – главная радость в жизни ребенка». У Лехи тоже главная радость в жизни – еда, вообще у  всех мужиков."

Катя сидит перед телевизором и терпеливо смотрит на экран. Я пробегаю на кухню.

- Доченька,  что ты смотришь?

- Фильм про полоски.

- ???

Торможу, оборачиваюсь. Телек не настроен. На экране сплошное мелькание.

" дача, если Лешкиной зарплаты с  трудом хватает на продукты с базара?! Тут началось самое неприятное: «мы поможем». И помогли – пришлось-таки искать дачу, а раз «мы поможем», то родители кинулись на амбразуру – великодушно решили пожить с нами вместе. На той же даче. За что мне такое счастье… '

"Свекровь сказала, что Спока не знает, а то вот был такой фашист доктор Менгеле, скольких детей замучил… И на меня смотрит очень красноречиво".

"..я была уверена. что воспитывают в садике, а родители для другого. Если бы меня спросили тогда, для чего именно, не знаю, что бы я сказала. Наверное, мама-чтобы книжки читать, папа - чтобы говорить "я устал как лошадь, могу я хоть дома спокойно посидеть?!"..

"Бабушка - это бывшая женщина?"