Цитаты из книги Shadow and Bone Boxed Set

— Моя мать была устрицей, – подмигнул он. – А я – жемчужина.

— Видишь? — просиял он. — Если мы не умрём через месяц, то можем стать вполне счастливой парой. — Прекрати, — осадила его я, по-прежнему улыбаясь. — Что прекратить? — Говорить нужные слова. — Я попытать отучить себя от этой привычки.

«Что в жизни бесконечно? Вселенная да человеческая жадность».

Хорошо, – отозвался Мал. – Ты – принц. Ты – корсар. Ты – придурок. От нас-то тебе что нужно?

- Просто остерегайся.

• Чего?
• Властных мужчин.

Доверие - это роскошь, которую я не могла себе позволить.

— Мал, — прошептала я в ночь. — Что? — Спасибо, что нашел меня. Не уверена, что это мне не привиделось, но откуда-то из темноты послышался ответный шепот: — Я всегда тебя найду

- Беда вожделения в том, - прошептал Дарклинг, проводя губами по моему подбородку, пока не замер в миллиметре от моего рта, - что оно делает нас слабыми.

Я же пришел ради тебя. Ты – мой флаг. Ты – моя нация. Но похоже, это больше не имеет значения.

Это часть тебя. Это не животное, убегающее при твоём приближении или выбирающее, стоит ли откликаться на твой зов. Ты просишь своё сердце биться, лёгкие – дышать? Твоя сила служит тебе потому, что это её предназначение, она не может иначе.

Когда листья меняют свой окрас, считается ли это магией?

Беда вожделения в том, что оно делает нас слабыми.

— Ты справишься. Просто успокойся.
Я недовольно фыркнула. Мне так сильно хотелось его задушить, что аж руки чесались.
— О, и еще: самый простой способ разозлить кого-то, это сказать ему, чтобы успокоился.

— Знаешь, что я в тебе ненавижу? — Нет. — Ты всегда знаешь, что сказать. — И тебе это не нравится? — Я видела, как ты меняешь личности, Николай. Ты всегда примеряешь на себя ту роль, какую хотят увидеть другие. Может, ты действительно не нашёл своё место в мире, а может, просто говоришь так, чтобы бедная, одинокая прониклась к тебе ещё большей симпатией. — Ещё большей? Значит, я тебе нравлюсь? Я закатила глаза. — Да, в те моменты, когда мне не хочется заколоть тебя ножом. — Ну, это уже что-то.

Нельзя выжить в море, если не перевариваешь рыбу.

Даже самых достойных мужчин можно выставить дураками.

Штурмхонд подошел к столу, налил себе квасу и устроился в кресле с довольным вздохом. Затем сделал глоток и скривился.  – Отвратительный напиток. Всегда его не переваривал. – Так закажите себе бренди, ваше высочество, – язвительно процедила я. – Уверена, вам принесут все, что вы пожелаете. Его лицо осветилось улыбкой. – Справедливо. Думаю, я мог бы даже принять ванну, полную бренди. Наверное, так и сделаю.

– Есть у меня привычка безнадежно ошибаться.

– Идиот.

– Этот факт хорошо известен и никоим образом не способствует сюжету