The End of Eternity

Секторы тянутся на миллионы лет, пока не исчезнет всякая жизнь на Земле, и после этого, пока Солнце не вспыхнет, как Новая, и даже после этого. Вечности нет конца. Потому-то ее и называют Вечностью.

Это предложение подвернулось как нельзя более кстати. Все утро Харлан со стыдом вспоминал о своей трусливой попытке отмежеваться от ответственности, о наивном ребячьем выкрике: «Не вините меня, я еще не сделал ничего плохого». Этот выкрик был равносилен признанию, что в работе Техника и в самом деле есть нечто постыдное, а он, Харлан, еще новичок, у которого просто не было времени стать преступником.

– Корабли не в счет, – резко заявил Харлан, – нас с вами должны интересовать вот эти штучки.
А «штучками» были люди. Рядом с громадами кораблей они действительно казались карликами, точно так же, как сама Земля и все людские дела кажутся ничтожными из космической дали.

Не обладают ли разумные существа инстинктивным стремлением разорвать цепи тяготения, вырваться на простор Вселенной, достигнуть звезд?

— Да. В этом-то и заключается моя задача. В новой, уже окончательной, Реальности первый ядерный взрыв произойдет не в 30-м Столетии, а в 1945 году.

— Ты представляешь себе, к каким последствиям это может привести? Способны ли вы понять, какая опасность грозит человечеству?

— Да. Мы знаем, что это опасно. Существует определенный риск, что Земля превратится в огромное радиоактивное кладбище. Но мы верим в разум человека.

Как невыносимо трудно бывало ему после этого возвращаться мыслями к Вечности – к миру, в котором Реальность была чем-то мимолетным и изменчивым и где люди вроде него держали судьбы человечества в своих руках, придавая им по желанию лучшую форму!

Нам, мол, известно следствие, поэтому мы подгоняем под него причину.

В Первобытные Времена источником энергии служили продукты перегонки природной нефти, а колёса примитивным образом покрывались слоем резины.

Тускло освещенные коридоры терялись вдали. Стоило только переступить через порог, как в темных комнатах вспыхивал яркий свет. Воздух был неподвижен, ни сквозняка, ни дуновения, но его свежесть и чистота свидетельствовали о хорошей вентиляции.

Во всём, знаете ли, виноват мой желудок. Это наименее геройская часть моего организма.

Случайные отклонения всегда возможны, – ... – Если учесть, что число допустимых Реальностей бесконечно велико, ни о каком детерминизме не может быть и речи.

Союзы требуют разрешения; союзы требуют Расчета; союзы требуют высокого знания; союзы – вещь рискованная.

Любые размышления приводят к предвзятым идеям; любое знание автоматически искажает видение мира, и никакие попытки сохранить объективность ему уже не помогут.

— Смотри, перед нами Земля, — сказала Нойс, — но не вечный и единственный приют человечества, а всего лишь его колыбель, отправная точка бесконечного приключения. Ты должен принять решение. Будущее людей в твоих руках. Поле Биовремени предохранит нас с тобой от последствий Изменения. Исчезнет Купер, погибнет Вечность, а вместе с ней и Реальность моего Столетия, но останется человечество и останемся мы с тобой. У нас будут дети и внуки, и они станут свидетелями того, как человек достигнет звезд.

Сила, могущество, незаменимость – одним ударом его лишили всего. Один ловкий ход – и вместо козырей у него на руках простые двойки и тройки. Все кончено!

У Райса был толстый живот и нос картошкой. На его лице застыло удивленное выражение человека, который уверен, что он прав, но почему-то неизменно проигрывает любой спор.

Но человек, знающий своё будущее даже в незначительной степени, может начать действовать на основании этого знания и тем самым изменить это будущее.