Битва за Лукоморье. Книга I

Чернокнижник что-то подозрительно притих. В печаль такая гнусь без осинового кола в сердце не впадет, значит, колдует.

напоследок вспомнили старую песню времен буйной юности об удалом молодце, гуляющем по степному раздолью в поисках недругов. Выпили и за степь, и за леса, и за добрый меч, и даже за упомянутых недругов… чтоб под руку попадались, когда душа того возжелает.

– А как Ядзя к женитьбе Войтеха отнеслась? Не ревновала?
Королева аж всплеснула руками.
– Как бы она посмела! Кто он и кто она? Королевич и девка-чернавка!
Так ведь сердцу не прикажешь… Или Тереза думает – у чернавок сердца иначе, чем у царевен, устроены? Да любой некро-мант, который в телах человечьих копается, скажет, что нет. Ради любви на многое можно пойти, все позабыть, себя потерять.

– Премного был наслышан о вашей красоте и уме, но действительность превосходит все ожидания. Тогда прошу отобедать в узком кругу, там и обсудим мои семейные неурядицы.
Каково! Сын в чудище превратился, а ему – неурядицы!

– Вернулся, значит? – Яга улыбнулась отнюдь не старыми глазами, один из которых был каким-то мутным. Бельмо? – И дружка-приятеля привел? А я-то думаю, с чего русским духом запахло.
– Чего дивиться, – хмыкнул Стоян, – если ты на Руси.

С нечистью мы совладаем — когда захотим, а зло, возможно, и так уже победило, откуда ты знаешь?

- Молоденький какой, - пригорюнилась Марфа, - когда ещё с твоё надурит.

Сидящих смирно погибель порой милует, да как бы, отсидевшись, на поживу совести не достаться.

. А ведь не зря наказывают мудрые люди: о трех вещах молчи, дабы черные силы не сглазили – о своих желаниях, о своем богатстве и о своей семье, а то найдутся завистники да охальники, мечты уведут, богатство умыкнут, счастье порушат.
Но когда два старых друга пьянствуют, тут уж, видать, не до осторожности.

Сказка от начала начинается, до конца читается, в середине не перебивается.