Пост

Знакомство с творчеством Глуховского я планировала начать с трилогии "Метро". Но множество журналистов и популярных блогеров, в свете последних событий, рекомендуют к прочтению "Пост" писателя. Пришлось изменить свои планы.

"Пост" и "Пост 2. Спастись и сохранить" - научно-фантастические романы, действия которых происходят в России постапокалиптического периода.

   "Пост".
В этой части рассказывается, что стало с РФ после непродолжительной и ожесточённой войны с широко применённым массовым секретным оружием.
В "Посте" вступление к событиям, ради которых эта история замышлялась, медленное и уверенное нагнетание чувства ужаса и безысходности в замкнутом пространстве.

   В продолжение "Пост 2. Спастись и сохранить" всеобъемлющий ужас вырывается наружу, волнами надвигаясь на ещё не заражённые территории.
История, в целом, о разрушительной силе пропаганды, бессмысленной братоубийственной войне. О людях, потерявших надежду и ищущих спасение в вере, и как мастерски это могут использовать в своих корыстных целях (недо)святые отцы.

Сложилось ощущение, что Глуховский вторую часть писал более старательно. В первой предложения однообразно-примитивные, но книга от этого особо не теряет. Её актуальность и накал перекрывают все минусы.

Буду в меньшинстве. Не оценила я аудиороман Глуховского. Точнее, оценила, но не так высоко, как большинство читателей. Этот вариант постапокалипсиса от Дмитрия Алексеевича не показался мне выдающимся. Сразу оговорюсь, написано это очень хорошо. Писать автор умеет. А вот сама история меня не проняла. Нарисованная крупными нечёткими мазками картина мира после большой войны показалась недоработанной. И как один из элементов сюжета — мобильный телефон... Всё это уже было у моего любимого Стивена Кинга в "Мобильнике". И вот там по-настоящему интересный сюжет и интересные герои. "Пост" неплохая история, но для меня душновата. Честно говоря, не сразу смогла сформулировать, что в романе не так. А сейчас поняла. Он звучит на одной ноте. Один такой долгий монотонный звук. Хотелось бы, чтобы в романе были какие-то ещё интонации, иные оттенки. Прослушивание для меня было весьма унылым. В эту страшную молитву (тем, кто читал, будет понятно, о чем я), вообще не смогла поверить. Надежда, которую автор оставляет в конце, блеклая, с прогорклым вкусом. Собственно, и не дослушала бы, но в таких книгах всегда интересно, чем же автор закончит. На этом держался мой читательский интерес. А бросить, признаться, хотелось уже после первой трети. Всем добра.

Постапокалиптический роман давно перестал быть жанром о катастрофе. Сегодня такие романы – возможность для писателя показать, как культура проживает собственные травмы, коллективные страхи и запреты. Дилогия “Пост” Дмитрия Глуховского – хороший пример именно такого постапокалиптического романа: романа, где за ширмой развлекательной научной фантастики скрывается описание механизмов исторического самовоспроизводства России.

Несмотря на название, “Пост” – книга не о пограничной заставе на отравленной Волге, а о модели имперского сознания, доведенной до гротеска. По Глуховскому: Московская империя – уцелевший на руинах Гражданской войны осколок некогда огромной страны. Распад – не просто исторический факт, а ее первородный грех. Волга, откуда исходит “бесовская зараза”, – граница между совершённым злом и нежеланием принять его последствия. “Бесы” – плоть от плоти Московии; продукт НЛП-вируса, который стирает личность, превращая человека в носителя чужого кода.

Бесовская молитва – самый точный, пусть и прямолинейный, комментарий автора: язык как инструмент власти, слово как оружие, идеологема как инфекция. В “Посте” пропаганда не риторична, а “биологична”. Слово, произнесенное в неправильный момент, заражает как вирус, подчиняет, создает одержимых. Выживает тот, кто отказывается слышать. Буквально: глухота (отказ от информации) становится единственной формой защиты от государства, от его исторического нарратива.

Герои Глуховского кажутся немного картонными, но эта простота функциональна. Егор – подросток, который, совершив подлость из ревности, запускает механизм катастрофы. Его вина демонстрирует, как “маленький человек” может быть втянут в историю, даже если его действия чистая случайность. Мишель – второй катализатор катастрофы. Ее “вина” показывает, как система обращается с личностью: пусть ее тело помечено насилием, ни ее страдания, ни жизнь в целом не имеют ценности ни для поста, ни тем более для столицы.

Если же говорить о столице, то во второй части дилогии именно Москва становится главным персонажем. Закрытая, цинично самодостаточная и бесчувственная, столица знает об угрозе, но не признает ее – не желает разрушать миф о собственной непогрешимости. Слой антиутопии постепенно перестает быть главным и уступает место сатирической притче о власти, которая, защищая себя, разрушает все вокруг. Империя, по Глуховскому, “своих” не отпускает: кто уходит – предатель; кто остается – ресурс; кто сопротивляется – подлежит уничтожению. В этой этатистской, излишне державной реальности жизнь отдельного человека не стоит почти ничего.

Интересно, что насилие у Глуховского показано без обычной психологической “надстройки”. Егор, убивающий одержимых в поезде, действует с внутренним отвращением, но внешне – как исполнитель необходимой работы. Насилие превращается в рутину, потому что оно легимитизировано идеей “надо”. И хотя в данном эпизоде Егор поступает правильно (его можно понять), за его поступком можно разглядеть очертания системы, которая на протяжении столетий воспроизводит себя через прошитые на подкорке ритуалы долга и повиновения.

Неудивительно, что в конце романа спасаются те, кто решается выйти из системы, кто отказывается слышать ее голос, верить ее прошлому, воспроизводить ее историческую память. История, как и бесовская молитва, может быть заразной; жить с ней/после нее можно только покаявшись и искупив вину.

Исторически империя существует ровно до тех пор, пока люди готовы помнить, слышать и воспроизводить ее язык – язык долга, величия, умерших предков, героических жертв и свершений, который подменяет собой реальную историю. Глуховский жесток к своим героям, но только так он может донести основную идею: мифологизированная память о прошлом, однажды став оружием, продолжает стрелять по еще живым.

“Пост” вряд ли можно отнести к великой литературе. Однако, как попытка художественно вскрыть механизмы политического и исторического мышления России, роман довольно хорош. Он показывает страну, которая живет в крепости из собственных мифов и охраняет как внешние, так и внутренние границы, не понимая, что служит страху, нежеланию вспомнить о своей истинной сущности.

Редко читаю книги этого жанра. Из всех возможных апокалипсисов уважаю лишь первоисточник Иоанна. Прочитал только потому, что книгу запретили на Литресе. В наше время это отличная реклама.

Вопреки ожиданиям, Глуховский оказался настоящим писателем. Думал, он графоман, но нет.

Написано хорошо. Персонажи глубоки, всё продумано. Айфон занял в тексте тщательно выверенное место, это по сути двигатель повествования.
Первые 4/5 прочитал с интересом. Потом, когда всё стало корчиться, кипеть, мякнуть и валиться (как это в подобных историях обычно и бывает), расстроился. Это одна из причин, по которым я в этом деле не люблю никого кроме упомянутого Иоанна.

Не так чтобы я верю разным художественным вымыслам, но в целом всё было в этом смысле пристойно, кроме одного: совсем уж не понимаю, как случилось, что за много лет никто так и не сходил на тот берег по мосту. Не может быть такого. Даже кот, если живёт вблизи моcта, скоро на него залезет. О приматах и говорить нечего.

Ещё странно, что Егор в 17 лет чувствует себя ребёнком и ведёт себя соответственно. Насколько я понимаю подростков, они в том возрасте ощущают себя взрослее любого взрослого.
Ладно, я уже, наверное, забыл, будем считать, что Глуховскому виднее.

Картинки хорошие. Только туман на них рыжий. (В тексте он зелёный.)

Довольно много заметил языковых небрежностей:

Однако такие вещи мне впечатления обычно не портят. Иногда неуклюжести даже добавляют фразе ясности (не в этом, впрочем, случае).

В целом книга мне понравилась, первые 4/5 вообще рекомендую всем.
Ну и надеюсь, что описанное с нами и с ними не случится. Впрочем, будем помнить и предостережение авторов, намного более известных, чем Дмитрий Глуховский:

Если бы я не слушала аудиокниги, ради этого сериала стоило бы начать. «Пост» – это «Метро», только на поверхности.
.
История сильная, пугающая, вызывающая сильные эмоции.
.
Сначала не понятно, что произошло со страной, с людьми. И эта неизвестность гложет. Потом начинают пугать люди, когда появляется монах: как быстро современный человек, лишенный технологий и доступа к знаниям, превращается в животное. Потом, когда понимаешь, что произошло, пугает то, что даже технологии и знания не вытравливают животное из человека.
.
Страх, обида и боль – вот что осталось после аудиосериала.
.
Очень-очень рекомендую прослушать «Пост», а сама жду второй сезон.

Есть авторы, которые нравятся, есть - которые нет. Дмитрий Глуховский для меня из числа вторых, попытки найти достоинства в его прозе всякий раз оборачивались скукой и ожиданием: "Ну когда уж это кончится?" Знаю что многие достойные люди ценят писателя, но я не в их числе. Кроме субъективного "все личное* (антитеза стандартному "ничего личного"), тому немало объективных причин.

1. Глуховский незамысловат. Язык, персонажи, основные идеи - это масслит, адресованный аудитории, читательские предпочтения которой на уровне серии "СТАЛКЕР". 2. Прямолинейная социальная проза с искаженной оптикой, быт и жизнь простых людей описаны как крайняя степень убожества, с горьковским сгущением темных красок. Так в реальности живут маргиналы, и такой видят жизнь родителей очень молодые и очень глупые люди, оболваненные рекламой, типа "ты этого достоин".

3. Чернушничество: одно дело, когда неприглядная изнанка жизни описывается потому что без нее нельзя и настоящий художник должен быть правдив, другое - когда она составляет смысл и суть реальности, и кроме нее ничего нет, книги Глуховского апофеоз депрессива. 4. Вторичность, бесконечное копирование и самокопирование, вплоть до микросюжета с гаджетом, взятым положительным героем с тела мертвеца, который становится в пространстве книги бомбой замедленного действия. 5. Эстетическая скудость, в его мире нет места для красоты людей, поступков, природы, искусства, сплошь монохром, с преобладанием грязно-серого.

"Пост" - история постапокалиптической Московии, пришедшей на смену России, когда в результате непонятной войны всех со всеми держава распалась. Собственно название - самое удачное в романе, в нем и пост - как редут, крепость, последний оплот; и форпост цивилизации в бушующем море дикости; и пост как назначенная должность "людей государевых"; и постапокалиптика вкупе с постмодернизмом и всеми возможными "после", вплоть до постжизни; и перекличка по созвучию с предыдущим романом "Текст".

Юноша Егор живет на Ярославском посту с мамой и отчимом, он такой наследный принц этого убогого королевства, потому что Полкан, который женился на матери после того, как сгинул музыкант отец Егора - Полкан начальник Поста. Немногочисленное население, 103 человека ютится на привокзальной территории, остальные жители Ярославля мертвы, почему неясно, но непрописанность сеттинга не претензия к Глуховскому лично, это одна из особенностей постап-литературы.

Продовольствием пост снабжает Москва, а овощи и собачатину удается выменивать у китайцев, которые как-то выращивают огородики, несмотря на кислотные дожди (тоже явный нонсенс, если дожди кислотные, то и грунтовые воды на полив должны быть такими же, но это снова нарушение повествовательной логики как жанровая данность. Егор влюблен в Мишель, девушку годом-двумя старше себя, москвичку, которую услали в провинцию, когда в Москве стало опасно, о родителях с той поры ничего не слышала, бабка парализована после инсульта, дед служит на посту, сама Мишель гордо несет свою красоту "ма бель" и работает на птичнике. Для радости у нее айфон с музыкой, фотками и видео прошлого времени.

Умерший айфон Мишель завязка сюжета, чтобы заслужить благосклонность любимой, Егорка сначала пойдет в мертвый город поискать там, а потом, ночью, тайком проберется на ЖД-мост, находиться на котором можно только в противогазе. потому что испарения от отравленной Волги столь ядовиты, что редкая птица, далее по тексту. И вот на мосту герой видит десятки людей, которые явно пытались добраться бегом. шагом и ползком до "нашего" берега, все они погибли, надышавшись испарениями, у одной из женщин вожделенный айфон, проверить игрушку Егор не может по причине полной разряженности, позже выяснится, что разблокируется лицом хозяина, значит нужно снова идти на мост (да, те еще радости).

А днем (вернее ночью) раньше мост таки пересек странный грязный и похоже не в себе человек, весь обвешанный крестами и образками, который успел надышаться сквозь трещины своего допотопного противогаза и потому некоторое время был не в сознании, но в бреду молился. Когда пришел в себя, выяснилось, что еще и глухой. но вполне себе разговорчивый, и тотчас начинает возвещать всякие религиозные мути и жути, находя немалое число приверженцев среди население поста. Москва, меж тем, задерживает продпайки, но присылает три десятка красавцев казаков (у них отменной тушенки до хренища, но это для себе, потому что они за мост с миссией нового присоединения земель ("ха" три раза).

Так или иначе, написано живо, бодро, резво эксплуатируя однажды удачно найденные образы "парня, который достоин лучшего" и "девушки, которая достойна лучшего" и нагнетая страсти-мордасти, как никто лучше Глуховского в современной русской литературе не умеет, за то же и выстраиваются к нему на международных ярманках очереди, трижды огибающие павильоны, в то время как прочие русские писатели скучают в обществе своих непроданных книжек. Это по свидетельству моей любимой критикессы, сама такого не видела, но верю.

И главное - то самое оружие, коим Москва уничтожила Россию, нейролингвистическая бомба в стиле "Дыр бул щыр" Крученныха. Ну круто же! Молодец, такую фигню придумал.

настоящий мастер своего дела.

Каждое его новое произведение - это погружение в водоворот событий и расширенные зрачки от постепенно наступающего ужаса.

Случилась война, в следствие чего от всей нашей России остался лишь небольшой кусочек земли, который был назван Московией, он окружен водами Волги, которые наполнены зараженными парами. Никто не может пройти в Московию через мост, точнее, никто не мог, пока часовые на мсту вдалеке не увидели изможденного старца.

И вот наступил ад на земле.

Мне срочно нужно продолжение, всё происходящее закончилось на самом интересном месте. Само развитие событий происходит в Ярославле, где люди живут постольку поскольку, пьют, злятся и ждут провизии из Москвы, которой всё не и нет. Главным героем является семнадцатилетний Егор, пасынок полковника Полкана и сын цыганки Тамары. А также он влюблен в прекрасную Мишель. А ещё там есть много других персонажей, которые также хорошо прописаны и которые мне запомнились.

Угнетающая атмосфера, безысходность и серость, а также липкий страх, окутывающий тебя с головы до ног - здесь есть всё, что требуется читателю. А финальная часть так вообще, жуть жуткая.

Наверное, я бы никогда не взялась за книгу, если бы не совет во флэшмобе. Бралась с опасением, т.к. вообще не знала, что ждать. Рецензии других я не читала, дабы не портить себе впечатление и не завышать ожидания. И это было правильное решение, так как книгу либо безудержно хвалят, либо закидывают какахами.

Итак, будущее. После гражданской войны России больше нет. Есть Московия. Река Волга превратилась в ядовитую субстанцию, пары которой убивают все живое. Все мосты через реку разрушены, кроме одного – Ярославский пост стережет мост, чтобы с того берега не пришел никто и ничто. Хотя вроде как там, за мостом, уже и нет ничего живого. Но однажды через мост приходит человек – глухой поп, который стремится попасть в Москву. А в это же время из города прибывают казаки, чтобы попасть на ту сторону.
Честно говоря, я не люблю книги, в которых авторы навязывают свое мнение. А в этой книге автор, можно сказать, кричит во все горло показывая свое отношение к политике и власти. И да, мне это не очень понравилось. Но тем не менее сама история была мне интересна, чего я не ожидала. Но интересна кусками. По сути сюжетно практически ничего не происходит. Люди просто… живут. Обычное поселение, обычные люди со своими проблемами, влюбленностями и желаниями. И честно говоря было скучно. Ну потому что ничего не происходило. Но в какой-то момент я поняла, что начала читать быстрее, чтобы узнать, а что там происходит за мостом то? Есть ли там кто живой? И когда наконец дочитала до ответов на свои вопросы, выдохнула – оказывается во время чтения я дышала через раз. Вот так сильно меня захватил автор своей идеей. Но блин, зачем было приплетать сюда религию я не понимаю. Слишком это портило все впечатление. Хотя возможно, когда уже нет никакой надежды, то остается только вера. Но что не отнять, так это атмосферу безысходности. Автору это отлично удалось продержать на протяжении почти всей книги. Этот вот туман от реки, голод, противогазы, страх…

Читала только первую часть дилогии и есть желание прочитать вторую. Надеюсь, что вторая будет динамичнее и напряженнее, чем первая.

Сразу обозначу следующий факт: «Пост» я читала, а не слушала. Более того, информация о том, что книга представляет собой аудиосериал, озвученный при этом самим автором, стала мне известна только сейчас — в момент, когда я села писать отзыв на роман. С одной стороны, жаль, что так вышло, ведь любопытно воспринимать продукт в той форме, в какой его изначально замыслил создатель (он же по совместительству выступил режиссёром и актёром); с другой — книга получилась на редкость динамичной, волнующей, поэтому её электронно-печатный эквивалент оставил только самые приятные впечатления.

Что отличает «Пост» Дмитрия Гуховского от постапокалиптической трилогии «Метро» того же автора?

1. Мир после катастрофы в «Посте» изображён более серьёзно и детально. У читателя с хорошим воображением не возникнет сложностей с представлением мест, где разворачиваются основные события романа, — они как будто нарисованы. Более того, практически сразу (когда того требует сюжет) понятно, кто есть кто и почему так вышло.

2. Герои кажутся более живыми, харáктерными: Егора никогда не спутаешь с Полканом, Тамару — с Мишелью и т. п. Все персонажи имеют свои исключительные особенности, выражающиеся не только в манере вести диалоги, но и в присущей только им специфике поведения, которая позволяет читателям более-менее удачно прогнозировать развёртывание дальнейших событий. Такой авторский подход нисколько не упрощает понимание героев; напротив, он рождает ощущение реального знакомства с персонажами книги.

3. В «Посте» отсутствует мистика и до минимума сведена фантастическая составляющая. Глуховский показывает мир, который мог бы существовать при стечении определённых обстоятельств. От этого жутко. Другой интересный приём, используемый автором, — повествование ведётся в режиме реального времени («здесь и сейчас»), благодаря чему все происходящие в романе события кажутся ещё более реалистичными.

4. Политика и религия — темы трендовые, но очень опасные. Складывается ощущение, что Глуховский не хочет идти на поводу «критиков Первого канала» и рубит с плеча: «Пост» изобилует количеством явных и неявных аллюзий, сатирических сцен на сегодняшнюю реальность. Такую книгу вряд ли экранизируют в ближайшее время.

Я уже упоминала, что повествование в «Посте» полно мощи, динамики и энергии. Идея заканчивать главу в тот самый момент, когда читатель в напряжении ожидает развязки, не нова. Такой приём часто используется в сериалах, он вызывает жгучий интерес зрителей (мол, ещё одна серия и спать). Дмитрий Глуховский тоже решил воспользоваться клиффхэнгером при создании своего романа, что вполне закономерно, ведь в первую очередь появился аудиосериал, а уже потом — книга. На мой взгляд, данный художественный приём оказался вполне уместен, он подпитывает любопытство читателя, его желание узнать окончание истории.

Поговаривают, что автор и компания Storytel подумывают о продолжении аудиосериала «Пост». Не знаю… По мне, книга вполне закончена. А там, где автор поставил многоточие, читателю предоставляется право домыслить, что же случится с героями романа дальше. И это прекрасно.

Не могу вспомнить, чтобы еще какую-то книгу так слушала. Буквально запоем. Утром: не могла бы ты электричка ехать чуть помедленнее, и сбавлю-ка я слегка шаг, на работу опоздаю, зато прослушаю побольше. А вечером хоть спать не ложись, честное слово. Как спать, когда тут такое творится!

Очень круто автор начитал свой собственный текст. Даже не знаю, возможно ли было озвучить лучше.  О эти бабкины стихи и молитвы.  О эти интонации глухого в рясе. Невозможно оторваться. Невозможно не "увидеть своими глазами". При этом это фантастика в которую почему-то веришь, знаешь, что да, так могло бы быть. Все пугающе логично. До мурашек пугающе от этой какой-то повседневной житейской не книжной логики. Ты будто знаешь, да люди именно такие. Не плохие, не хорошие, не черно-белые. Разные. И поступки у них разные. И мотивы для этих поступков тоже.  И в финал такой ты тоже веришь. В какой-то момент под жуткий шепоток забытой жертвы он даже начинает казаться тебе единственно возможным.

Ох какая же прекрасная жуть! Даже не знаю, слушать ли дальше. Страшно разочароваться после такого восторга.