Лекарство от меланхолии

Всякий чердак-это Машина времени. <...> Ведь что такое чердак? Тут дышит само Время. Тут всё связано с прошедшими годами, всё сплошь куколки и коконы иного века.

«Лучше быть большой лягушкой в маленьком болоте, чем маленькой лягушкой в большом болоте».

Его мозг наполнила кипящая ртуть. Левый глаз закрылся сам собой, точно улитка, спрятался в свой домик. Чарльз ослеп на один глаз, который ему уже не принадлежал. Это была вражеская территория. Исчез язык, его отрезали. Онемела левая щека, куда-то пропала. Левое ухо перестало слышать. Теперь оно было собственностью кого-то другого - чудовища, которое появлялось на свет, минерала, поглотившего деревянное полено, болезни, пожравшей здоровые, живые клетки.

- Это мне больно оттого, что "Нэшнл джиографик" попадает в руки старых, выживших из ума людей! Я уже прекрасно вижу, как ты читаешь эти газетки, а затем впадаешь в маразм и видишь прекрасные сны, которые мне потом приходится выметать вместе с мусором.

На четвёртое утро протянул руку, уже невидимую, взял мысль в ладонь, поднес ко рту и сжевал всю, без остатка.

Если я сейчас не сойду с поезда, то до конца жизни буду думать о том, что потерял, упустил и не увидел что-то особенное, а ведь у меня была такая возможность.

Мне кажется солнце — это цветок,
Цветет оно только часок

Его глаза смотрели на край неба, в них отражался горизонт.

Старик по-прежнему сидел на своем стуле, смотрел на солнце, будто задал ему какой-то вопрос и ждал ответа.

Понимаешь, какая-то часть меня тоже рвётся домой. А другой голос во мне говорит: если мы отступим, всё пропало.

Я настроен в унисон с бесконечными тайными струнами простой жизни.

"Время уходить"

Похолодневшими руками человек подхватил чемоданы.

• Пошли.

"Были они смуглые и золотоглазые"

Дети подняли головы и посмотрели на него – так смотрят люди на солнце, чтоб определить, что за пора настала в их жизни.
/Были они смуглые и золотоглазые/

С тех пор как мы научились говорить, мы спрашивали об одном: в чем смысл жизни? Все другие вопросы нелепы, когда смерть стоит за плечами. Но дайте нам обжить десять тысяч миров, что обращаются вокруг десяти тысяч незнакомых солнц, и уже незачем будет спрашивать.

— В старину тоже не все дни были безоблачные, — сказала она. — Просто память у тебя шалая. Хорошее все помнишь, а худое забываешь. Тогда тоже не сплошь было лето.