Иуда Искариот

Кто любит, тот не спрашивает, что делать! Он идет и делает все

Моя душа – это моя душа, и единственный ее господин это я

Разве я был мужчиною? Разве я вел тебя сильною рукою по трудной дороге жизни и светом ума озарял ее темноту? Нет, дружок, плох я был, мелок душою и эгоистичен.

С грубой нерешительностью вооруженной силы, с неловкостью смутно понимаемой цели уже хватали Его за руки солдаты и тащили куда-то, свою нерешительность принимая за сопротивление, свой страх - за насмешку над ними и издевательство.

Когда дует сильный ветер, он поднимает сор. И глупые люди смотрят на сор и говорят: вот ветер! А это только сор..

«Не давай глазам твоим обманывать тебя, не давай сердцу твоему лгать, не заливай огня слезами»

«Глупый верит всякому слову, благоразумный же внимателен к путям своим»

И не смерть страшна, а знание ее; и было бы совсем невозможно жить, если бы человек мог вполне точно и определнно знать день и час, когда умрет. А эти дураки предупреждают: "В час дня, ваше превосходительство!"

«Скудоумный высказывает презрение к ближнему своему, но разумный человек молчит.»

«Отечество в опасности» – какие невыразимо страшные слова: отечество в опасности. А при чем я тут, на кой дьявол нужен я этому отечеству?

— Ты это спрашиваешь, Фома? Так, так! — склонил голову набок Иуда из Кариота и вдруг гневно обрушился: — Кто любит, тот не спрашивает, что делать! Он идет и делает все. Он плачет, он кусается, он душит врага и кости ломает у него! Кто любит! Когда твой сын утопает, разве ты идешь в город и спрашиваешь прохожих: «Что мне делать? мой сын утопает!» — а не бросаешься сам в воду и не тонешь рядом с сыном. Кто любит!

И в скором времени опять вышло так, что все они тесною кучкою шли впереди, а Иуда — Иуда-победитель — Иуда сильный — один плелся сзади, глотая пыль.

Даже самое слово "война" стало бессмысленным. Война - это мëртвое, это пустой звук, к которому мы все давно привыкли, а тут что-то живое с рëвом приближается к тебе, живое и огромное, всё потрясающее. "Идут!" -вот самое страшное слово, с которым ничто не может сравниться. Идут. Идут.

И для будущего человечества я не хочу погибать, не имею на это ни малейшего желания! Если вчерашний человек страдал для меня, а я должен страдать для завтрашнего, а завтрашний будет страдать для послезавтрашнего, то где же конец, где смысл в этой бессмыслице? Нет, довольно этого обмана. Сам хочу жить и пользоваться всеми благами жизни, а не навозить собою землю для какого-то будущего джентельмена-белоручки... ненавижу его со всем его блаженством! Не нужно мне этого барина.

Решительно протестую я и против того утверждения, будто все мы виноваты в этой войне, а стало быть, и я. Смешно даже спорить! Конечно, по их мнению, я должен был всю жизнь не пить и не есть, а только орать на улице "долой войну! " и отнимать ружья у солдат... но интересно знать, кто бы меня услышал, кроме городового? И где бы я теперь сидел: в тюрьме или в сумасшедшем доме? Нет, отрицаю всякую мою вину, страдаю напрасно и бессмысленно.

Но разве благочестивые люди умеют отличать фальшивое от настоящего? Это умеют только мошенники.