
"Мы застали сумерки империи, Дряхлость, осыпанье стиля вамп...."
Не помню, что именно подтолкнуло меня к этому сборнику, но как бы то ни было, «Без очереди» не открыл ничего принципиально нового. Что рассказывают авторы, — до боли знакомо. Память, увы, всё это ещё хранит.
Сборник насквозь пропитан атмосферой совка: вездесущий дефицит, кражи общественного имущества — нужного и не очень, бесконечные очереди, блат, пионерлагеря, офицерские сборы, дома культуры по копирке, «котлеты по-киевски» в каждом ресторане и, конечно же, вездесущее кгб. Один из рассказов, где упоминается об экипаже самолета, бухающего между рейсами — настолько реалистичен, что возникло ощущение, будто это тоже взято из моей собственной жизни.
Над страной витает советская ностальгия, которая сегодня уже напоминает полноценную идеологическую конструкцию. Это такая удобная мифология, где каждый находит то, чего ему отчаянно не хватает в нынешней реальности: кто — социальной справедливости, кто — стабильности, кто — просто ощущения молодости и живого организма без хронических диагнозов. Сравнивать себя с «загнивающим и деградирующим Западом» сегодня приходит в голову разве что безумцу. А вот противопоставить свою сегодняшнюю тревожную, неустроенную, бедную жизнь идеализированному СССР — где, якобы, всё было стабильно, честно, дёшево и «для народа» — милое дело.
Но у авторов розовых очков нет. Даже при всей узнаваемости, сборник не скатывается в сентиментальность. Это рассказы не о великой эпохе, а о людях, которые пытались жить в ней, несмотря НА. Если бы не родители, друзья, первая любовь, молодость, глупость и азарт — жить было бы невыносимо. А так — выжили, да ещё и книжки пишем.
Особенно запомнился рассказ Михаила Шишкина «Райцентр» — тонкий, грустный, поэтичный. Было неожиданно интересно узнать о Павле Цыбине, конструкторе авиационной и ракетной техники. Ну и отдельная благодарность Дмитрию Быкову: его рассказ стал поводом открыть для себя Алексея Дидурова — открытие приятное и ценное.
«Без очереди» — это не просто ретроспектива. Это попытка разобраться, почему нас до сих пор тянет в этот условный СССР: туда, где всё якобы работало, все были якобы равны и всё было «как надо». А ещё — почему жить в этом воображаемом прошлом было бы совершенно невозможно.








































