"Влюблённый поэт говорит: "Мы созданы из плоти, но должны быть железными".

"Намыливаясь, он почувствовал, что горячая вода снимает не только усталость тела, но и нервное напряжение. Ему пришла на ум мысль: а нельзя ли добрую половину мировых проблем решать в горячей ванне?"

"Зигмунд знал, что ему самому предстоит начать трудный разговор. Брюкке исчерпал еще в молодости свой резерв для бесед на второстепенные темы и не разменивался на мелочи".

Чаша моя преисполнена.

Ужасное томление, ужасное - не то слово, лучше сказать бесхитростное, чудовищное, огромное, иными словами, неописуемая тоска по тебе.

При нашей нынешней системе чистой наукой могут заниматься только богатые.

Дерзай импровизировать, не бойся выходить за рамки уже известного или угадываемого.

Формулирование проблем в той же мере важно, как из решение.

... главное проявление невроза, как бы оно не маскировалось, вызывалось беспокойством, а невроз беспокойства возникал вследствии подавления

Множественность упреков, направляемых пациентом в адрес других, свидетельствует о его приверженности к самоупрекам.

Любовь и голод сходятся на женской груди.

В Вене переезд считался признаком нестабильности.
-Венцы более верны клятве верности своей квартире, чем супруге.

Все великие произведения литературы универсальны; если у них отсутствует такое качество, то они забываются.

Когда исчезает любовь, остается лишь работа.

По этому поводу тетушка Минна шутила: – Зиги, когда ты смотришься в зеркало, ты видишь себя или коллективное подсознание Юнга?

Ференци покраснел от гордости, снял очки и энергично протер их носовым платком, словно хотел получше разглядеть оказанную ему честь.

Зигмунд записал: «Сновидение становится абсурдным… если одно из направлений мысли в подсознании имеет в качестве мотива критику или высмеивание».

Никто не назвал бы Йозефа красивым, но в очертании его ушей было заключено редкое сочетание силы и нежности.

...когда молоды, то безрассудны, а безумство в среднем возрасте скорее акт отчаяния, чем веры.

"Кто обошел город, тот побеждает его, овладевает им столь же полно, как мужчина женщиной. Я хочу овладеть Парижем так же, как осваивал новую книгу, осмотреть каждую улицу, лавку, толпу, как если бы это был осажденный город, а я - ворвавшийся в него"