The Beat Hotel: Ginsberg, Burroughs & Corso in Paris, 1957-1963

The Beat Hotel has been closed for nearly forty years. But for a brief period—from just after the publication of Howl in 1957 until the building was sold in 1963—it was home to Allen Ginsberg, William Burroughs, Gregory Corso, Brion Gysin, Peter Orlovsky, Harold Norse, and a host of other luminaries of the Beat Generation. Now, Barry Miles—acclaimed author of many books on the Beats and a personal acquaintance of many of them—vividly excavates this remarkable period and restores it to a historic...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

205 оценок

5
49%
4
39%
3
12%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 232Хотят прочитать 468

Рецензии

that_laowai9 июля 2013 г.
Настоящая богема может существовать только в Париже.
Анри Мюрже
The Beat Hotel - книга о плодотворном периоде в творчестве битников, написанная человеком, который был знаком и даже дружил со многими из них. Это место, с легкой руки поэта Грегори Корсо получившее своё название, знаменито тем, что оно объединило под своей крышей очень разных людей и способствовало (а иногда и препятствовало, так как там была квота на использование электроэнергии) их совместной деятельности, в значимости которой уже мало кто сомневается.
Аллен Гинзберг написал здесь множество стихотворений и большую часть поэмы «Кадиш», которую многие критики признают лучшей его работой. Здесь проводил свои эксперименты с психикой и расширением сознания Уильям Берроуз, работая над «Голым завтраком», «Мягкой машиной» и другими книгами. Здесь под покровительством Гинзберга оттачивался авторский почерк Грегори Корсо, он написал здесь поэму «Бомба». Здесь собирались не только поэты и литераторы, но и переводчики, агенты, художники, натурщики, режиссеры. Здесь Энтони Бэлч снял фильм The Cut-Ups с помощью метода разработанного Брайоном Гайсином и Берроузом. Здесь искали новые пути выражения в творчестве и создавали. Здесь прятались от всевозрастающего внимания к битникам и влияния Америки. Здесь, на улице Жи-ле-Кёр 9, всегда оставалось место для безумия. Керуак здесь не был, но в это время он вел непрерывающуюся переписку с Гинзбергом, поэтому в книге и ему нашлось место — он предстаёт здесь для меня совсем в новом свете.
Автор начинает раскрывать тайны Бит Отеля с истории улицы, на которой он находился и жизни его хозяйки, мадам Рашу. Главным лицом в первой части повествования является Аллен Гинзберг. Здесь описаны все грани деятельности, поглощавшей его в этот период времени: от литературной до личной. Рассказывается о том, как он пытался пристроить в издательство «Голый завтрак» Берроуза (с этим произведением вообще вышла забавная история, достойная его содержания) и работы других битников, отвечал на горы писем, открыл для себя русских поэтов (особенно ему пришелся по нраву Есенин, что стало открытием уже для меня) и даже пытался их переводить (с французского!), выяснял отношения с Берроузом и Питером. Все они участвовали в чтениях в парижских кафе, посещали музеи, изучали Париж и его пригород. В этот период происходит огромное количество знакомств и встреч (одна из которых с Луи Фердинандом Селином). Но — удивительно — битники не соприкасались в Париже ни с одной творческой тусовкой. За эти 6 лет состоялась лишь встреча с дадаистами, на которой Корсо и Гинзберг были в высшей степени дадаистичны. Кроме этого рассмешил эпизод с прослушиванием записи Антонена Арто. Вторая часть книги фокусируется на Уильяме Берроузе, их с Брайоном «магических» экспериментах и методе разрезок, которому автор уделил больше внимания, чем Грегори Корсо, что закономерно, учитывая как это увлечение повлияло на Берроуза. Тем, кто не знакомился с биографией каждого битника в отдельности, всё это должно быть интересно, ибо книга предоставляет достаточно обширный материал и много занятных и забавных фактов о них. Так же автор даёт краткую историческую справку в начале почти каждой главы, чтобы сориентировать читателя в историческом контексте, демонстрируя, как этот контекст влиял на творчество битников.
Всё, что делали битники, существует и сейчас, только в иных формах, о чём пишет Майлз (правда в формах не всегда стоящих внимания). Людей, которых шокировал бы их образ жизни, всё меньше, а их произведения признали и изучают в университетах. Что, в общем-то, тоже является катастрофическими последствиями их деятельности, которая пусть уже только история, но всё же очень вдохновляющая. Соглашаюсь с теми рецензентами, которые отметили, что после прочтения книги хочется «провести ночь в этом задрипанном отеле». К ним добавлю лишь, что в это время лично мне хотелось бы вернуться потому, что литература тогда играла такую важную роль в обществе, что была способна вызывать в нём резонанс и становилась поводом для судебных разбирательств и геноцида изданий с возмущающими публику произведениями. А Бит Отель... может, и хорошо, что его больше нет? Ему не нашлось места среди теперешней роскоши, оккупировавшей Париж, а попытка нажиться на месте паломничества почитателей движения противоречило бы самому его существованию. Атмосфера и дух того времени погребены под слоем помпезного и фешенебельного настоящего, как и само бит-движение. Ничего не остаётся, кроме как воскрешать их, читая работы очевидцев, коей эта книга и является. Такая вот некромантия с горьким привкусом ~~бензедрина~~ ностальгии.
Перевод и редактура, идите домой, вы пьяны...
P.S. Обычно я не придираюсь к переводу, но в этот раз даже моя толерантность не выдерживает. Приведу несколько примеров.
1. Названия музыкальных альбомов не должны переводится так же, как и названия газет. Но в тексте встречается следующее (oрфография, стилистика и пунктуация здесь и далее сохранены):
«Позднее сама техника монтажа и «разрезок» была применена такими рок-звездами, как Дэвид Боуи, использовавшего ее при написании альбома «Бриллиантовые собаки» [с.15]. Или, если уж перевели, то неплохо бы указать в скобках оригинальное название - Diamond Dogs. А ещё бы хорошо избавиться от страдательного залога («была применена» заменить на «эту технику применяли такие звёзды как»).
2. «Сначала, чтобы узнать новости, он каждый день ходил в «Америкэн Экспресс» в Париже и внимательно изучал The Times и Newsweek...» [c.55]. Хорошо бы указать перед названием, что такое «Америкэн экспресс» (банк, редакция газеты или еще что-то). Зачем его транслитерировать, когда в этом же предложении другие названия не переведены? Почему название этой организации не поддаётся этому же правилу?
3. Зачем заново переводить названия уже переведённых на русский язык произведений? Глаза постоянно спотыкаются о «Голый ланч» (потому что привыкли к «Голому завтраку»), о «В пути» (которая «В дороге», хотя здесь не критично), «Квир» [c.119] (в российском пространстве известный как «Гомосек»), «Подземники» [c.99] и «Подземные жители» [c.46] (которые известны как «Подземные») - как вообще в одном тексте может встречаться разный перевод одной и той же вещи? Это грубая ошибка.
4. "К тому же он продолжать завоёвывать себе имя как поэт, публикуя стихи в литературных журналах". [c.45] Пожалуй, «он продолжал завоёвывать».
5. «Вопль и другие стихотворения» были арестованы по обвинению в непристойности, а человек, издавший эту книгу, - Лоуренс Ферлингетти — арестован». [с.55] Судя по всему, имелось в виду, что сборник «Вопль» был запрещён, ибо арестовать сами стихотворения довольно проблематично...
6. «...в Сан-Франциско все были так заняты и возбуждены, что забыли сообщать ему о ходе процесса...» [c.55]. «Забывали сообщать»?
7. «У него было лица фавна, простое, средиземноморское, его можно было представить как часть миниатюры...» [c.180]. Здесь проблема с образованием единственного числа.
8. «...письмо к владельцу трехмачтовой шхуны капитану Кливу Стивенсону. Стивенсон поймали с поличным, когда он...» [c.213]. Проблема со склонением фамилии.
9. «...у Грегори-то все шло замечательно, то был полный писец» [c.233]. Берроуз так и сказал? «Полный писец»?! Эквивалент того времени подобрать было сложно? А что это за неведомо откуда и зачем взявшийся дефис перед разделительным союзом «то...то»?
Всё это безобразие впечатление портит сильно. Раз уж я покупаю перевод на русском языке, хочется читать его на правильном русском языке, а не на англо-русском или гастарбайтерском русском.
Читать далее
65
784
ecureuila8 июля 2013 г.
Перед глазами явственно встают грязные, вонючие комнаты и коридоры задрипанного французского отеля. Чувствуется запах алкоголя, мочи и прочих сопуствующих ароматов этого безумного периода творческих поисков самых ярких представителей бит поколения. Если еще немного постараться, то можно увидеть как Гайсин и Берроуз составляют свои "разрезки", Гинзберг пишет стихи, а Корсо разгуливает в своем белом костюме из альпаки.
И если после прочтения вам не захочется вернутся лет на 50 назад и провести хотя бы одну ночь в одном из убогих номеров отеля на улице Жи-ле-Кер, то возникает вполне оправданный вопрос - а зачем, сосбственно, вы вообще купили эту книгу?
Читать далее
20
330
the_unforgiven28 сентября 2015 г.
Re: Beat Hotel
На первый взгляд ситуация казалась абсурдной - герои американского движения с какого-то фига живут в ПарижЕ. Но всё встало на свои места.
Эта замечательная история реабилитировала в моих глазах Берроуза и Париж. Так уж вышло, что у меня не было ни малейших симпатий к Биллу, теперь он мне не то, чтобы нравится, но я понимаю, что им двигало. И Париж по многим литературным творениям с каждым разом казался отвратительней и отвратительней, здесь же кроме знакомых лиц, появилась некая литературная жизнь с книжными магазинами и отелями, где живёт всякий творческий люд и ходит друг к другу в гости, в разные времена года город охватывают новые краски и вдохновляют безумных поэтов на новые похождения. Странно, что при таком количестве творческих личностей и тусовок в городе наши герои так и не присоединились ни к какому кругу.
Старые знакомые подтвердили мои представления о них и обрели новые черты к портретам. Открытый любой затее и всему на свете, пытающийся всем помочь и всех помирить Аллен. Уставший от всего Керуак, который не хочет никуда ехать. Подонок Грегори с его необъяснимым очарованием поэта. Хозяин лавки запрещённой литературы Ферлингетти, побаивающийся публиковать громкие произведения. Одержимый идеями наркоман Берроуз, с его психоаналитическими сеансами. И множество населяющих город художников и писателей, прочей богемы и друзей вышеозначенных личностей, с которыми они творят новые миры и верят, что искусство может изменить всё. Получилось ли у них? Сложно сказать.
История чьего-то общего дома, где кто-то провёл прекраснейшие годы – это всегда интересно и всегда задевает за какие-то струны души. Особенно когда эти кто-то необычные персонажи сами по себе, которых что-то судьбоносно объединило.
Отели в искусстве, как в литературе, так и в кино, имеют ни с чем несравнимое очарование. Это дом, у которого есть колоритный хозяин, поддерживающий не только атмосферу, но, кажется, даже крышу, и каждый, кто попадает туда на какое-то время, становится частью семейной истории.
Любая прекрасная эпоха рано или поздно закачивается. Кто-то уехал, хозяйка отеля просто перешла на другую сторону улицы, город сделал ремонт в доме, где разворачивалось действо, все устремились дальше своими дорогами, кто по одному, кто вместе. We had some good times but they’re gone. Спасибо Бит-Отелю за мысленно проведённое в нём время. Спасибо автору за тёплую историю.
Про перевод тут уже без меня написали подробно.
Читать далее
7
436

Все рецензии

Цитаты

that_laowai6 июля 2013 г.
Французы не дают в долг, если знают, что у человека нет денег.
6
154
nekaras13 января 2014 г.
вместо того чтобы встречать новый, 1958 г. в кафе с друзьями, он написал стихотворение о раковине
5
140
PaLs15 июля 2015 г.
Аллен достал из чехла переносную печатную машинку «Роял», сложил на столе стопками тетради и рукописи и повесил на стену портрет Рембо: он был дома.
4
82