Лекции об искусстве

...великий стиль создается только искренними людьми.

... целью обучения является не приобретение знаний, а дисциплина ума.

... образование в его глубочайшем смысле служит прежде всего средством не уравнивать, а различать людей.

Высшее, что может сделать искусство, - это представить истинный образ благородного человеческого существа. Оно никогда не делало больше этого; оно не должно делать меньше этого.

Вы не можете живописью или пением достигнуть того, чтобы стать хорошими людьми. Вы должны быть такими прежде, чем приобретете способность рисовать или петь, и только в этом случае цвета и голос завершат все то, что в вас есть хорошего.

Это - служение всем сердцем и умом какой-то дорогой нам печальной фантазии, которую мы сами себе создали, не повинуясь настоящему призыву Учителя, который не умер и не слабеет под Своим крестом, но требует, чтобы мы несли свой.

В захолустных уголках христианского мира существуют группы крестьян, которые в своей невинности почти равняются с ягнятами, но нравственность, которая даёт силу искусству, есть нравственность человека, а не скота.

Справедлива, тысячу раз справедлива мысль, что более велик человек, управляющий своими страстями, чем тот, кто овладевает городом.

Да будет для вас каждая ут­ренняя заря началом жизни, а каждый закат солнца — ее концом! И пусть каждая из этих кратких жизней оставит о себе воспоминание каким-нибудь добрым делом, совершенным ра­ди других, каким-нибудь приобретенным для себя добрым свойством или знанием.

Наши современные архитекторы, как вы могли заметить здесь, в Оксфорде, или в других местах, не знают, по-видимому, что им делать с крышами.

В совершенстве понять значение слова значит понять природу того духа, из которого оно вылилось; секрет речи есть секрет сочувствия, и полное очарование ее доступно только благородному.

…изучение искусства может оказаться не только не полезным, но даже вредным, если в него не будет внесено нечто более глубокое, чем любое искусство.

Главное же - мы совершенно потеряли способность наслаждаться самим умением работать, тем его величием, которое я старался объяснить в прошлый раз. Мы потеряли способность к полноценному ощущению этого наслаждения, потому что сами прилагаем недостаточно труда к тому, чтобы добиться правильности в работе и не имеем представления о том, какой ценой приобретается эта правильность;

Несколько недель тому назад один английский священник, магистр нашего университета, человек средних лет, обладающий здравым смыслом без излишней сентиментальности, упомянул - без всякого отношения к предмету нашей с ним беседы, - что не может проехать по Лондону, не закрыв глаза: он боится, что, взглянув на эти подобные глыбам дома с проходящей по окраинам железной дорогой, от ужаса лишится способности заниматься своими повседневными делами.

Главное же — мы совершенно потеряли способность наслаждаться самим умением работать, тем его величием, которое я старался объяснить вам в прошлый раз. Мы потеряли способность к полноценному ощущению этого наслаждения, потому что сами не прилагаем недостаточно труда к тому, чтобы добиться правильности в работе, и не имеем представления о том, какой ценой приобретается эта правильность; поэтому уважение и восторг, которое мы обязаны чувствовать при виде работы сильного человека, нас покинули.

Речь ясна только тогда, когда проникнута сочувствием говорящего. В самом деле, вы можете понять слова человека только при понимании всего склада его души, и ваши собственные слова будут для него чуждыми, пока он не поймет вас.