Цитаты из книги Изобретено в СССР

Сегодня поток эмигрантов уменьшился и в целом напоминает эмиграцию образца XIX века, когда можно поехать за границу, продвинуть свою идею там, на более благоприятном поле, а затем вернуться назад (если хочется). Но этот поток всё равно велик. Причин тому множество: низкий уровень доходов, слабая инфраструктура (а с доступной средой для маломобильных граждан в России просто беда), бюрократия, неудобные экономические законы, сложность ведения бизнеса, малая вероятность получить инвестиции под свою идею.

К сожалению, всё это — свидетельство того, что СССР в плане быта всегда плёлся в далёком арьергарде технической мысли. Клоны были мало того что устаревшими на момент появления, они ещё отличались худшим качеством. Кто-то в сети выкладывал сравнение толщины стенок советского пылесоса «Днепр» и его прообраза — у нашего они были в два раза толще! Технологии просто не позволяли делать тонкую и крепкую пластмассу, и советские клоны оказывались тяжелее. Кроме того, при копировании всегда стремились удешевить производство, заменить материалы, так как не все западные композиты имелись в СССР. На это всё накладывались очень низкая культура производства и, конечно, отсутствие конкуренции. Предметы быта выходили очень плохими. Но люди их покупали, потому что, когда нет конкуренции, нет и выбора.

У изобретателя-«частника» в СССР был только один путь — через прошения и вышестоящее начальство к межведомственной комиссии и подписям чиновников, которые порой приходилось собирать по нескольку лет. Если бы «Сетунь» появилась в стране с рыночной экономикой, её создатель мог бы предложить свою концепцию десяткам компаний, от Hewlett-Packard до IBM, или начать собственный бизнес. Не факт, что в таком случае его бы ждала удача, но, по крайней мере, возможностей у него было бы больше. В СССР же, когда изобретателю отказывал единственный заказчик — государство, на этом всё заканчивалось.

Средства в СССР распределяло только государство. Сложный и неповоротливый госаппарат определял, что будет финансироваться в первую очередь, что во вторую и т.д. Первостепенную важность имели, конечно, оборонная промышленность и космос. Первая — потому что мы всё время находились на грани войны, вторая — потому что надо было показывать миру достижения советской науки, а космическая индустрия для этого подходила как нельзя лучше. Неплохо финансировались также фундаментальная наука (точнее, те её отрасли, которые имели значение для оборонки) и тяжёлая промышленность, в том числе «стройки века». Особо приветствовались инновации в области добычи полезных ископаемых, поскольку они были основным предметом экспорта в СССР (да и в современной России остаются таковым).