Новая девушка

Появление ребенка меняет тебя, ты уже никогда не будешь прежней... Я хорошо помню эти мнения, о которых никого не спрашивала, но которые с мрачным видом высказывались на протяжении всего срока моей беременности.

— А что с тобой, Марго? — спросила Джемма. — Мир моды — это ведь банка с пауками. Наверное, нашли какую-то совсем мелкую сучку?

Офисные клерки заканчивали рабочую неделю, пьяные уже от одного предвкушения всех тех пинт пива, которые они собирались опрокинуть, и бокалов кислого вина, которые собирались пропустить еще до того, как доберутся до полированных стоек во всегдашних местах водопоя, носящих псевдодиккенсовские названия и расположенных здесь на каждом углу.

Услышав звонок в дверь, Мэгги встала так резко, что миска с арахисом перевернулась...

— Приветик, — сказала она, распахивая входную дверь. — Ты как раз вовремя, чтобы спасти меня от падения в бездну Инстаграма.

...На крыльце стоял нервно улыбающийся темноволосый мужчина.

Так, кажется, в семидесятые начинались порнофильмы: ошибочный адрес и изнывающая от одиночества домохозяйка? Или порно, или фильм ужасов, подумала Мэгги — и сразу же мысленно отругала себя за свое слишком живое воображение.

Я уже не помню, сколько пар джинсов отказывались застегнуться на мне, сколько маек едва натянулись на мой живот и сколько блузок подчеркнули тяжесть моего бюста. С таким удивлением смотрела я на расстояние между пуговицей и петлей, как будто увидела знамение божие.

На экране телефона появилось сообщение: «Вы будете выглядеть великолепно, — говорилось в нем. — С помощью фотошопа».
Да, Эмили Моффатт умела поднять настроение своим сотрудникам.

Впервые я пожалела, что работаю в индустрии, где большинство сотрудников — женщины.
Женщины и геи.
Когорта единомышленников, собравшихся для того, чтобы в пьяные бездетные годы дружить и веселиться в атмосфере, свободной от сексуального соперничества и нудных альфа-самцов, при этом сознательно или не-осознанно плетя заговоры против тех, кого они называли «производителями».

Большинство фотографов интересовали не логотипы модных домов и их лейблы, а высокие линии щек, блестящие волосы, большие глаза, пухлые губы. Потому что, если честно, речь шла вовсе не об одежде, а о том, насколько ты красив в действительности. О том, как должны слиться хромосомы, чтобы появилось такое лицо, о том, насколько удачно твои предки подбирали пару. И если ты достаточно красив, то вполне можешь появиться в потоке транспорта в клоунском наряде, и тебя все равно станут фотографировать.

Мэгги не переставала удивляться тому, как одеваются сами фешен-редакторы. Да, на глянцевых страницах своих журналов они могут рассказывать, что в следующем сезоне вернутся 70-е, так что все должны носить горошек, но сами, скорее всего, будут надевать джинсы и свитера или белые блузки натурального хлопка. Конечно, при условии, что джинсы дизайнерские, а свитера кашемировые на миллион процентов.

Человеческая психика — удивительная вещь. Всего через несколько часов после того, как была на седьмом небе от счастья, Мэгги сидит перед экраном, заполненным изображениями женщины, чье место должна занять. Последний психоаналитик назвал бы это «полнейшим пренебрежением чувством собственного достоинства». Мэгги сделала глоток вина и продолжила просмотр фотографий.

Сейчас дружба заключается не в реальном общении, а в рыскании по соцсетям. Их меню выглядит как торговое предложение в стиле: "А еще вас может заинтересовать..." со списком полезных покупок, чем как информация о людях, с которыми вам может быть интересно.

Увидеть человека в неизбывном горе — это всё равно что увидеть его полностью обнажённым.

Мир без детей — это мир без будущего.

Время не испытывает уважения к человеческим трагедиям.

Если склеить разбитую вазу, то линии, по которым она была склеена, всегда будут заметны.

Горе делает тебя сумасшедшей. Постоянное давление неослабевающего страдания, по каплям сочащаяся боль — все это похоже на какую-то рекламную мелодию из ящика, от которой никак не можешь избавиться. Вы только представьте себе, что всю оставшуюся жизнь в вашей голове будет звучать одна и та же мелодия.

В съёмных квартирах не бывает такой вещи, как удобный и чистый санузел.

Жестокость жизни хуже всего тогда, когда она беспричинна.

Когда занимаешься ребенком, не стоит думать о будущем — всё происходит здесь и сейчас.