Липовая жена

замечательный рассказ. такой небольшой, но очень ёмкий: и о любви, и о предательстве, надежде и отчаянии, о извечном нашем желании «как лучше» и его последствиях.

любовный треугольник (любовный ли?), ложь во спасение (только кого, не понятно) и наивные, прекрасные глаза подростка, хотя в его речах уже слышно разочарование жизнью и отчаянные попытки не замечать действительность.

прекрасный слог. как всегда легко и красиво. первый раз знакомлюсь с малой прозой Рубиной - и вынужденная сказать что знакомство состоялось более чем успешное. буду продолжать сама и советовать всем-всем-всем.

"Да, - подумала я, - вот это главное; люди ходят по земле. Одни и те же люди, только с поправкой на время и обстоятельства. И если понять это и крепко запомнить на всю жизнь, то не будет на земле ни смерти, ни страха..."

Какой замечательный рассказ! Наполнен он житейской мудростью. Зачем живем, как живем, как пережить страшные испытания? Автор в своем лиричном и полемичном рассказе рассуждает на эту тему устами пятнадцатилетней девушки. В ее жизни были потери, большие потери, да и история ее рождения не могла радовать девушку, да и здоровье... Да и что там говорить... Силы она душевные потеряла. Но рядом люди, замечательные люди, как всегда у Рубиной, мир не без добрых и мудрых людей. Ей расскажут, ей покажут, на примере жизненной стойкости объяснят - зачем. Жизнь - это не геройство, но в ней всегда есть смысл, даже когда кажется, что все против тебя, есть смысл и в преодолении боли, страданий, отчаяния.
А еще: этот рассказ очень красивый, простой, жизненный, наполненный будничными заботами и лирикой.
"Снег не начинался...Я сидела на старом диване №627 и упрашивала снег начать представление. Чтобы с неба грянули миллионы слепых белых акробатов."

Снег обязательно пойдет, и белые акробаты рассыпятся вокруг тебя ковром, ты только верь и живи.... И, конечно, люби!

Дальше...

И мы снова-снова-снова встречаемся с ней. С остроумной, очаровательной, великолепной и немыслимо талантливой прозой Дины Рубиной. Любовь к ней началась у меня в далеком семьдесят восьмом  прошлого века с этой вот, вынесенной в эпиграф фразы про пустыню Гоби и автомобиль марки "Москвич" из телеспектакля, который показали будним днем. Спектакль назывался "Когда же пойдет снег",  холецистит после желтухи позволял косить от школы, и я тогда еще не поняла, что влюбилась на всю жизнь.

В сборнике "Липовая жена", включающем семь небольших повестей, она первая по счету. История пятнадцатилетней девочки, влюбленной в красивого взрослого парня.  Героиня серьезно больна, ей предстоит операция с непредсказуемым исходом, и она загадывает, что если успеет увидеть снег, то все будет хорошо. Дина Ильинична умеет в сочувствие и сострадание как никто другой, я теперь не только о русской литературе.

"Терновник" вторая повесть, название - прямая отсылка к терниям, которым увенчали голову Иисуса, для семьдесят девятого в официально атеистическом государстве это было смело, а еще более смело, что по сути отнести ситуацию тернового венца следует к женщине, которая после развода с мужем колотится рыбой об лед, в одиночку поднимая сына. И эта повесть - такая мощная декларация интерсекфеминизма: как бы тебе ни было трудно, всегда есть кто-то, кому тяжелее. Не отворачивайся от их страданий, помоги им. Это то, что делает тебя человеком.

"Чужие  подъезды". А вот это про мажора. Не в смысле олигаршонка, какой мы вкладываем сегодня, родители-то у него обычные, да еще и в разводе. Но тянутся оба на своего Илюшу, чтобы ни в чем себе умный красивый великовозрастный мальчик не отказывал, и бабаня еще. Неважно, что стирает машинкой активаторного типа, которая вот-вот развалится, а мать курит "Приму" - Илья в замшевом пиджаке и выглядит как киноартист. И талантливый ведь, и незлой, и не баловали особо. Отчего он такой вырос?

"Завтра как обычно", а это уже будни гиперответственного гениального Саши, который воспитывает вместе с дедом и бабушкой племянницу Маргариту, и разбивает сердца старшего поколения своей семьи тем, что работает в милиции. И сказать, что эта повесть чудо, значит ничего не сказать. Каждый абзац хочется вышить крестом и повесить в рамочку на стене, жаль, что я не вышиваю.

"Двойная фамилия", "Цветок сливы" и "Мэри" - более поздняя Рубина. Мастер, который знает, в каком месте и с каким уровнем нажима придавить слезную железу читателя, в каком поразить его невероятным сюжетным твистом, а в каком приманить бриллиантовым блеском миллиардных состояний, дипломатического статуса и суперменами-спецслужбистами. Это то, из чего позже явятся глухонемая-девушка-полиглот—она-же-гениальный-фотограф с красавцем-контртенором-мирового-класса-по-совместительству-суперагентом-Моссада. Очень хорошо, но немного "Маленькая жизнь", если вы понимаете, о чем я.

Однако эти ранние повести, они еще не моделируют марвеловских сверхлюдей, они еще совсем про настоящих, как вы, как я, как целый свет. И они удивительным образом вне времени. Замени во второй повести "кооператив" на "ипотеку" - вот тебе наши дни. Потому что она одна такая.  Да, Дина навсегда.

Спойлеры!

Неплохой рассказ, в котором уместилось так много, что по правде говоря, я немного растерялась. Для меня получилось всего слишком.
Слишком весёлая очень больная героиня, слишком правильный её старший брат, слишком сильно влюблённый с первого знакомства молодой человек. И слишком мало букв для такой задумки.
Из этого рассказа получился бы изумительный роман. Потому что в нём много историй.
Мне хотелось бы побольше узнать о маме, которая разлюбила, но была слишком горда признаться в этом. Об отце, знал он об этом, не знал, как пережил потерю жены и кем стала для него та, другая женщина.
О бабушке Бориса я бы тоже не отказалась прочитать подробнее (хоть и страшно).
И, конечно же, самое главное, так хочется знать продолжение! Не додуматься, а именно знать.

P. S. Во всём же остальном - прекрасно. Стиль, слог, язык. Умение одним словом сказать самое главное, обратить внимание на самое важное.
Да, пишет Рубина очаровательно, это нельзя не отметить.
А претензии мои больше наверное от любопытства, потому что понравилось, чего уж там.

Уже в который раз убеждаюсь, Рубина настоящий мастер прозы вне зависимости от объема произведений. Маленькие зарисовки на паре десятков страниц удаются ей не меньше чем полноценные романы. Так что с удовольствием продолжаю знакомство с ее рассказами.

И «Двойная фамилия» точно попадает в мой личный топ, очень трогательная, жизненная история о поломанных судьбах, об ошибках, за которые приходится расплачиваться не только самим, но и нашим детям, о том, что исправить уже нельзя, как бы ни хотелось. Затронуло, зацепило, заставило задуматься… Эта история точно останется в моей памяти и в моем сердце.

Мальчик-старшеклассник едет на лето к отцу, которого он не видел три года, родители в разводе, у матери новая семья, отец же так и остался холостяком. И вот весь рассказ это два монолога. Один вслух ведет сам мальчик, рассказывая о последних событиях в своей жизни, о принятых решениях, о переживаниях, прикрытых саркастической ухмылкой юности. Второй про себя ведет его отец, рассказывая ему его очень непростую историю появления на свет. Вот что могу сказать, очень надеюсь, что правда так никогда и не выплывет наружу, есть вещи, которые не надо знать, иногда ложь и впрямь во спасение. Взрослые натворили делов, вот пусть и мучаются от чувства вины, от того, что приходится скрывать правду, пусть мучаются всю жизнь, теперь это их крест, а ребенку психику ломать нечего, не нужна ему эта правда, я на 100% в этом убеждена. Хоть мне и жаль обоих мужиков, попавших в рассказанный нам любовный треугольник, а вот ее мне не жаль, наверное, я жестока, но соглашусь с:

Не стану скрывать, пристрастна я к Дине Ильиничне Рубиной. Еще с юности. Своей, и журнала, с одноименным названием, где в советские времена Дину Рубину охотно печатали к нашей всеобщей радости. Что там происходило за кадром тогда никто особенно не знал, да и не задумывался. Просто с удовольствием читали. а потом обсуждали. Поскольку забавного домашнего питомца по имени Интернет тогда в помине не было, обсуждали на работе и дома. А, надо сказать, не обсудить то, о чем рассказывает Рубина, это взять большой грех на душу. Вот не обсудишь и поселиться в груди твоей тоска смертная лютая, и начнет душу грызть, мыли в голове гонять.
Ну, так вот и давайте ближе к предмету нашего разговора, т.е. к обсуждению сборника этого, в который вошло, по сути ранее Диной Рубиной написанное и начитанное. А чтец она отменнейший! Такой, что, услышав один только раз это удивительный бархатный грудной голос, слушать в другом исполнении, хоть даже и самыми любимыми твоими артистами, как-то не хочется. Вот заел у меня сегодня сайт, на котором я сборник этот слушала, и пришлось искать, где бы дослушать. Я как раз остановилась на "Двойной фамилии". А на необъятных просторах Интернета повесть эта только в исполнении незабвенного В.И. Гафта. И да простит он меня на небесах этих окаянных-обетованных, ведь хорошо же читает! Прекрасно! Нет! Мне подавай только Дину Ильиничну с ее неповторимыми интонациями, которые и сейчас в моей голове сидят, пока рецензию пишу. Ну, слава Богу, сайт заработал, и книгу я таки дослушала.
О чем же она? Об окнах, которые светят в ночи. и значит, люди за этими окнами не спят. Потому что, когда человеку легко и уютно, когда дома все в порядке, он спокойно гасит свет и засыпает, а не стоит у окна всю ночь, нервно куря сигарету за сигаретой (да простят меня многоуважаемые Минздрав и Роспротребнадзор).
У меня почему-то сложилось впечатление, что люди, о которых пишет Дина Ильинична, все живут по соседству. Или даже, вполне возможно, в одном подъезде.. Люди разные, а вот проблемы у них схожие и близкие. Потому что все они - отцы и дети. Наверное, каждая из повестей этого небольшого сборника заслуживает отдельного разговора. Уж очень непростыми оказываются каждый раз эти судьбы и эти отношения. И очень непросты вопросы, на которые, оказывается ответ знает только Высший Судия. Но до него далеко (хоть и относительно), а получить ответ герои, и мы иже с ними, хотим немедленно.

("Чужие подъезды")

(Когда же пойдет снег?)

( "Двойная фамилия")

Ну, — сказала она, подходя к скамейке. — Ну что, Илюша? Ну сколько можно сидеть? Илья сглотнул, поднялся и сказал хрипло:

— Наташа, зачем ты вышла замуж?

— Ты пьян? — с состраданием спросила она. — Что тебе нужно, Илья?

— Что ты наделала, дуреха! — тяжело дыша, тихо сказал он. — Почему не дождалась меня?

("Чужие подъезды")

Если начинать разбор каждой повести сборника, чего, честно говоря, очень хочется, то боюсь не хватит никакого места, и ни на каком сайте. От каждой из повестей перехватывало дыхание и странно щипало в глазах. Где-то я смеялась. Местами ржала, как серый конь в яблоках.

Валя, чертыхаясь, разогнула уставшую спину, набрала номер редакции.

- Отдел писем... - сообщили в трубке детским голоском.

- Илью Семеновича, пожалуйста, - сухо обронила мать.

- И-лю-у-ша-а! - пропел голосок куда-то в пространство. - Тебя!

Валя долго ждала, пока сын возьмет трубку.

- Дорогая редакция, - так же сухо сказала она, - мы купили кроликов, а у них в ушах завелась шелуха. Посоветуйте в вашей рубрике "О том, о сем"...

- Ну, короче... - перебил сын. - Что случилось?

- Ты не забыл, что бабаня ждет тебя к шести?

- Дорогие читатели, - приветливо ответил Илья, - для того, чтобы у кроликов не шелушились уши, нужно хотя бы один день воздержаться от звонков в редакцию, пусть даже речь идет о таком священнодействии, как стирка.

Наверное, одной из самых пронзительных в книге стала, по крайней мере для меня, повесть "Двойная фамилия". И не стоит гадать, кто в ней прав, и кто виноват. Ибо на самом деле нет "ни иудея, ни эллина". И мы не вправе запретить любить. Как не вправе отнять любовь у кого-то. Будь то ребенок, женщина, или старик. Не важно. Важно ЛЮБИТЬ. Потому что мы всегда сильны отчего-то задним умом, когда исправить уже ничего нельзя...

.- как написал великолепный Юрий Левитанский.

Ох, как много слоф-ф-ф мне еще хочется написать об этом сборнике, как много хочется сказать Дине Ильиничне Рубиной... Бесконечное удовольствие ее книги и ее записи! БЕСКОНЕЧНОЕ! Но.. Пора мне уже закругляться в своих неописуемых восторгах. И ждать новых книг от Дины Рубиной. Чего и всем желаю.

Почему я так назвала эту рецензию? Потому что в этой повести никто не виноват. Просто так получилось. каждый прав по-своему. более всего, как ни странно, меня выбесила женщина. Не хочу вспоминать здесь сакраментальное шолоховское. Думаю, меня все поняли. но даже здесь можно найти оправдание: единственный шанс стать матерью. Хорошо. Вторым зачем понесла от совершенно нелюбимого человека? Значит, не настолько уж не любила, раз рискнула родить от Виктора второго ребенка. По отношению к мужу это выглядит, как неоправданная жестокость. и возникает вопрос: а как они теперь все объяснят Филиппу? И поймет ли он? Что-то меня терзают смутные сомнения, чтобы подросток в 16 лет все понял и простил.
Мы традиционно привыкли к тому, что в конфликтах родителей права всегда мать. Но, пожалуй, впервые в этой повести Дина рубина выступает на стороне отца. Точнее, отцов. Мать здесь всего лишь фон. Персонаж, практически всегда повернутый спиной. Может быть поэтому ее страданиям и обиде на георгия не веришь. По крайней мере я не поверила. Вот где-то так.

Что-то уж очень спорный вышел рассказ. Даже нет особого желания расписывать впечатление. Понравилось однозначно. Рубина здесь, как всегда на высоте, показывает тонкий слог и высокий психологизм.
И я на стороне тех, кто обвиняет мать в эгоизме.
Весь рассказ - это какой-то двойной монолог. Сын, который не сын, отец, который не отец, долго не виделись и наконец-то встретились. Сын рассказывает о своей жизни с отчимом, а отец вспоминает, как достался ему этот сын, выстраданный, долгожданный, такой далёкий и такой одновременно родной.
Это история о том, как мы иногда больно раним близких, когда прельщаемся какими-то ложными иллюзиями, надеждами и пускаемся во все тяжкие.
А потом приходят последствия. Хмель проходит, остаётся жизнь и остаётся ложь.
И так хочется сказать правду. Кому-то, чтобы стать ближе, кому-то чтобы сделать больно.
Кто-то не сможет, а кому-то в очередной раз будет наплевать.
Тронута и в каком-то раздрае, если можно одним словом передать свои чувства.

Для клуба Последний романтик ЛЛ

В аннотации к книге «Липовая жена», есть такая строчка:

Есть в ней зерно.
Дина Рубина, это такой для меня автор, к которому, пусть нечасто, но тянет, так что, о покупке я долго не думала, тем более, после того, как сравнила цену с интернет – магазинами; в других, данный сборник рассказов стоит, наверное, как героин…
А теперь, по порядку…

Первый рассказ – «Когда же пойдет снег», ему я поставила - 5 из 5.
Поначалу, я спотыкалась, а чересчур разукрашенный слог автора, к счастью, приступив к истории, Рубина - не стала лепить завитушку за завитушкой, как делала это в начале, а раскидала их уже по страницам, абзацам.
То самое начало:

Не знаю, как вы… лично я, когда подряд такое… устаю и теряю нить, ибо - подобные, чрезмерные старания, утомляют.

Имеем… семья:
Папа – без мамы (жены), та уж, как 5 лет умерла.
Сын – Макс.
Дочь – Нина (Нино по-грузински).
Мать детей - грузинкой была.

Перед нами… обычная такая семья, знакомимся с которой, посредством Нино, от ее лица история будет.
Будет и о первом случайном свидании той Нино…
Об отце, который в свои 45, по думам Нино – возомнил из себя молодого…
В глазах Нино, 45 лет - это древняя старость.

Нино - это наивная, пока еще мелкая и махровая - эгоистка.
Но, время «лечит», пусть не всех, но все же.
Хорошим получился рассказ, а история бабушки, которую Нино рассказал – новый знакомый… до слез.

Второй рассказ - «Терновник», и снова 5 из 5.
Где, мать и сын… любили друг друга, но иногда, у матери того сына, было не то настроение и в ход шел ремень.
Вообще эта мать… та еще…
Иметь в сыновьях такого замечательного парнишку и… дура набитая.
К слову, героиня, по нутру, своим, каким-то надрывом, что ли… очень похожа на ту Нино, что из первого рассказа в сборнике будет.
Вообще, в плохом настроении матери, сынишка винил ее левую работу, вот вам цитата о том:

• Живо! Раздеться, в постель, чтоб тебя не видно и не слышно! У меня срочная левая работа!
• Чтоб она сдохла… - бормотал мальчик.

  Как и баба Шура, та, что их соседкой была, я – не понимаю эту дуру набитую, мать эту…

Хотелось счастливого финала, но… такова жизнь.
Не все любят прикладывать усилия, даже там, где любовь.
Кому-то Всегда важнее отстоять свою правоту… пусть и доживая свой век в одиночестве.
Бывает же, когда раз и навсегда, когда другие… не нужны и задаром.
Так почему же… не протягивают руки в объятья? Загадка.

Третий рассказ - «Чужие подъезды», ему оценка 4,5 из 5.
То леди были отчаянные и с надрывом, то… Илья.
Жил Илья жил и жил – не тужил, но, чужое счастье… глаза застило…
Мой ему ответ был таков:
Не с тобою, олух,
Девка расцвела.
А в чужой любви
Пусть с болью в сердце…
Ты, давно – история.

Четвертый рассказ – «Завтра, как обычно», ему я поставила 3,5 из 5, за нестройность.
В 17 лет наш герой Саша, стал «папашей» для племяшки, чья мать, укатила за лучшей жизнью, оставив свое чадо, на деда с бабкой, да на героя, угу.
К слову, Саша напоминал мне Илью из третьего рассказа, пусть внешне они были непохожи, а… будто его я мысли читала, голос «слушала», будто с ним, с Ильей, я шагала по строчкам.

История Гриши, сослуживца Саши, который не мог бросить опостылевшую жену из-за дочки… Жить он с ними жил, а все ж полноценным отцом, чтоб уделять больше времени… не был.
Так какого? Половинчатый.

А Саша был следователем, из тех, что был не на своем месте… так дед с бабкой считали или, так всем казалось.
Авось, будь в тех госорганах все такими, как Саша, мир, мог быть лучше… аль нет?
К финалу, та самая нестройность… будто ветром сдуло ее… но, увы, сдуло на время.
На то время, когда Надя пришла…
Когда пошло про челюсть, про любовь.
А ведь часто, влюбляемся мы, чтоб по-настоящему, именно в тех, кто не соответствует нашему вкусу… ну, лично я, часто слышала именно о таком; когда и фигура не такая и рост, и цвет волос и глаза и лицом…

В конце, считаю, драмы было перебор.

Пятый рассказ – «Двойная фамилия», ему я, как и первым, поставила 5 из 5.
Три года минуло, как сын не видел отца.
У рассказа занятная форма… сначала, мы, как и папаня, «слышим» то, что произносит его сынуля, после… читаем мысли папаши в ответ на слова.

Это – тяжелый рассказ, где по итогу жаль мне было– всех и каждого.
Одна ошибка и… поломаны жизни.
Стоило простить?
Лично я – затрудняюсь с ответом… уж точно, попробовать дать себе и другой, другим… шанс, чтобы более счастливо жить.
Со стороны давать советы легко)).

Шестой рассказ – «Цветок сливы», слишком короток для оценки.
Это небольшой рассказ, в коем прославляется пусть и через одного персонажа, а житейская мудрость японцев.

Седьмой рассказ – «Мэри», из-за него моя оценка сборнику из 4,5 упала до 4 из 5.
Ибо это фрагмент из читанной мною повести «Бабий ветер», который я, во второй раз - уже бегло пролистала, угу.
О неприкаянном он человеке, о Мэри.
Когда из-за душевной травмы… человек потерялся в развитии.

Как-то, за Галчонка, за героиню повести - стало обидно.
Я понимаю, что история Мэри… интересна и любопытна и трогает, но, сама Галине, будто с краю… поверхностно.
Вот и Бе.)

А сборник - советую, о нас он... о, порою, таких дураках).

Легла я наконец в кровать и думаю "что же почитать такое небольшое перед сном, отвлечься?"

И нашла небольшую повесть "двойная фамилия" Дины Рубиной. Принялась за чтение.
И что же я получила?

А получила я букет, переливающихся из меня, эмоций!
Повесть, которая вывернула мне всю душу.
Я успела и поплакать (аж 2 раза) и возненавидеть, и впасть в отчаяние...

Трогательно люблю Рубину именно за то, что на такой ограниченной территории - житейской, простой, так до боли знакомой. Буквально за небольшую поездку на машине отца с сыном, ты переживаешь жизненную трагедию, историю старых ран и будущих надежд.

Удивительно сочетание лёгкого слога и тяжёлого смысла.