Цитаты из книги La vie devant soi

«На улице ее называли женщиной без сердца, и у нее и в самом деле за душой не было ничего и никого, кто бы о ней позаботился. Она продержалась без ничего за душой шестьдесят пять лет, и бывали минуты, когда ей стоило простить все, даже бессердечность.»

«Если женщина вынуждена бороться за жизнь, то не имеет права на родительство — так велит проституция.»

.... а тут еще это — гадостная ухмылка, стокилограммовая туша, поджидающая клиента, и задница, в которой не осталось ничего человеческого.

время — оно старее всего на свете и потому плетется еле-еле.

«Вся жизни сладость Одним безумцам лишь доступна».

Роман депрессия.

Не стоило бы ей говорить «Мухаммед», лучше бы ей сказать «Момо». «Мухаммед» — это во Франции все равно что «арабский ублюдок», а когда такое говорят, то зло берет. Мне не стыдно быть арабом, наоборот, но Мухаммед во Франции — значит, дворник или чернорабочий. Это даже не то же самое, что алжирец. И потом, Мухаммед — это просто смешно. Это все равно как прозываться Иисусом Христом: все так и покатятся со смеху.

К детям все настроены очень хорошо, пока они еще не опасны. Даже мне доставались ласковые слова и улыбки — людям всегда как-то покойно на душе при виде пацана, который еще не достиг бандитского возраста.

Самыми молодыми у людей помирают собаки. Уже в двенадцать лет на них нельзя рассчитывать, и их надо обновлять. Когда у меня в следующий раз будет собака, я возьму ее прямо из колыбели — так у меня будет много времени до того, как ее потерять.

Да что тут говорить, бросают сына на одиннадцать лет, ни разу не навестив, а потом еще удивляются, что он перестал быть арабом…

У меня даже было вполне официальное имя, Юсеф Кадир, хорошо известное полиции. Да, мадам, хорошо известное полиции, однажды это появилось даже в газете крупными буквами. «Юсеф Кадир, хорошо известный полиции…» Хорошо известный, мадам, а не плохо известный.

Я никогда не любил причинять людям неприятности, я философ.

- ты знаешь, что такое шлюха? - это кто борется за жизнь передком.

— Послушай, Момо, ты старший и должен подавать пример, так больше не устраивай мне тут бардак со своей мамашей. Ваше счастье, что вы их не знаете, своих мамаш, потому что годы ваши нежные, а это такие шлюхи, просто спасу нет, в страшном сне такого не привидится. Ты знаешь, что такое шлюха? — Это кто борется за жизнь передком. — Хотела бы я знать, где ты нахватался таких мерзостей, но в твоих словах много правды.

— У меня есть друг, который занимается детьми. — Психиатр, — сказал я. Это ее проняло. — С чего ты это взял? Детьми занимаются педиатры. — Только когда те еще младенцы. После берутся психиатры.

Я куплю мадам Розе собственный дом, чтобы она померла спокойно, опустив ноги в тазик с водой и в новом парике.