День восьмой

Отчаяние, подбираясь к человеку, всегда ищет и организме уязвимое место, куда легче всего нанести смертельный удар.

Вера — неисчерпаемый источник ясности, берущий начало за пределами человеческого сознания. Все мы знаем гораздо больше, чем думаем.

«Есть люди, которые смотрят только вперед, а другие предпочитают оглядываться в прошлое».

Скряжничество вырастает из страха перед возможными невзгодами. Противоположность скряге — не мот из притчи, не блудный сын, растрачивающий себя в беспутном житье, а та стрекоза, что лето целое все пела. Эшли жил, ничего не боясь и ни о чем не задумываясь.

С благоговейным — и благодарным — чувством он думал об удивительной возможности, которую нам дает жизнь, — платить старые долги, искупать старые ошибки, допущенные по слепоте, по глупости. Когда-то бабка ему посулила такую возможность.

Если бы нам потребовалось описать ад, мы сказали бы, что это место, где нет надежды и где ничто не может измениться: рождение, вскармливание, размножение и смерть — все повторяется словно на огромном вертящемся колесе.

Никогда не спрашивай человека, во что он верит. Присматривайся к тому, как он поступает. «Верит» — мертвое слово и несет в себе смерть.

- Что дает человеку образование?

• Помогает связывать воедино все, с чем приходится сталкиваться в жизни.

«Библия учит нас, что в День Шестой бог сотворил человека и потом дал себе отдых, но каждый из шести дней длился миллионы лет. День же отдыха был, верно, очень коротким. Человек — не завершение, а начало. Мы живем в начале второй недели творения. Мы — дети Дня Восьмого.»

Нет строже судей у человека, чем его дети (и он это знает); самый же их строгий суд — тот, что обходится без слов.

Чем больше людей знаешь, тем лучше о них думаешь.

Сколько миллиардов людей уже умерло? Никому не счесть их. Лишь одно имя из огромного числа имен остается в памяти людской на сотню лет. Остальные же — лишь перегной, на котором взрастут ливанские кедры.

Ваш отец любил молодежь. А молодежь это ценит, особенно в людях со стороны.

Великое дело — дружба. Никогда ничего не упускает. Дает пищу воображению.

Порки не любил тратить слов там, где лучше можно было передать свои чувства взглядом.

Ведь и похороны лишь кажутся нам концом чего-то.

Я не живу. Я не живу по-настоящему. И никогда не буду. Но это неважно — пока живут другие люди.