"С другой стороны, хочешь не хочешь, а на круги своя ничто не вернется. Ось мира неустойчива, не так ли?"
Третья книга, которую я прочитала у Лорана Бине, и самая неудачная, на мой взгляд. Я абсолютно уверена, что Бине - единственный реальный постмодернист в современной европейской литературе, в чьих произведениях можно найти все классические черты литературного направления с этим названием: поиски смыла - жизни, искусства, смерти - только игра, не предполагающая окончательного достижения цели, ирония и абсурд. Попробую проиллюстрировать примерами из этой книги.
Про поиск смысла: "Атауальпа знал, как губительно бездействие, и понимал, что нужно снова пускаться в путь — но куда? До Нового Света добрались — что дальше? Как действовать?"
Ирония по отношению к персонажам: "Атауальпе хватило сил обернуться и взглянуть на своего убийцу. «И ты, Лоран?» — были его последние слова, но тело его, все исколотое, еще продолжало жить." Если что, чтобы понятнее - его убил Лоренцо Медичи.
Парадоксы и абсурд: "Инка внезапно сделался героем христианского мира."
Историческая составная отработана автором до мельчайших деталей, и я даже не лазила постоянно проверять, жила ли та или иная личность европейской истории в описываемое время, потому что ещё на книге Лоран Бине - HHhH убедилась в дотошности Бине-хрониста. А проблема в том, что этой реальной историей роман перегружен настолько, что и сам становится тяжеловесным, как научный труд заумного академика. В чём сама суть повествования? Это, если уж говорить честно, обыкновенная попаданская история, только основанная на использовании реальных локаций и образов реально живших людей. Не так уж велико отличие от, скажем, Злотникова времён Грона или Бушкова, когда реяли его паруса Сварога. Только тут мы имеем красивый термин "ухрония", иначе говоря, описание прошлого, которого не было, с кучей реалистичных подробностей, которые лишают книгу динамичности. Но начнём по порядку.
Часть первая - некая маленькая община викингов плывёт вдоль побережья своих земель и нигде не находит приюта, потому что везде, где их принимают, люди начинают болеть. Такое вот проклятие, что ли. И они решительно двигаются в дальний путь через океан... Там они встречаются с племенами, которые приходят в восторг от их кораблей и особенно лошадей, их предводительница становится королевой и ... всё. Вся эта часть, как я понимаю, должна просто быть основой утверждению, что кони попали в Новый (по книге-то скорее, в Старый) свет до прибытия испанцев.
Часть вторая - дневник Колумба. Всё не так радужно, как в официальной истории: никакого завоевания не вышло, местные индейцы конкистадорам ввалили, как следует, и потихонечку даже попавшие в плен вымерли, остался один Христофор. Жил он на острове Кубе, покровительствовала ему местная королева, и он много общался с маленькой принцессой Игуэнамотой, девочкой способной, которая сумела более-менее выучить кастильское наречие. Россказни Колумба о прекрасной жизни на Востоке заронили в девчонку тягу к приключениям и новым знаниям. Ну и ещё
я описал ей украшения и платья, которые носят при дворе в Кастилии, и заметил вожделеющий блеск в ее глазах, как у ребенка.
И тоже всё. Эта часть - обоснование того, что у инков, добравшихся до Европы, таки был толмач))).
Часть третья - главная: история, как из претензий двух братьев, детей Великого правителя империи инков, иначе называемой Четырьмя четвертями, на трон покойного отца и их междуусобной войнушки вышло завоевание Старого (или всё-таки Нового?) света мизерной армией Атауальпы, проигравшего брату и вынужденного бежать до самой Кубы, где от и встретил принцессу и где его людей обучили строить настоящие корабли. И вот они в Европе, точнее в Португалии, только что пережившей землетрясение. Начинается многоходовая и многоступенчатая дорога к созданию империи, объединённой Европы под рукой императора Атауальпы... Какие при этом использует приёмы Бине? Ох, разные... Ну например, как в начальных классах задают ребёнку описать, что он видит на картине. Тут у нас про встречу инков с левантинцами:
Своими глазами Тициан, разумеется, этого не видел, и на самом деле все выглядело не совсем так.
Далее следует подробнейшее описание поз, цвета одежд и художественных символов несуществующей картины Тициана (я проверяла, не существующей), визуально перекликающейся с чем-то наподобие:
Во всяком случае, обнажённая кубинская принцесса присутствует))).
Шаг за шагом, ища союзников в основном среди выкрестов и потомком мавров, среди тех, кто больше всех боится инквизиции, понемногу "окультуриваясь" в европейском смысле, новый император начинает общаться с королями и герцогами, с главами церкви и даже самим Лютером. С Папой Римским только как-то не очень получается общаться...
В Испании зарождалась мечта о жизни без инквизиции, и, быть может, поэтому все становилось если не возможным, то, по крайней мере, мыслимым, в том числе мир и согласие.
Кстати, одно из первых явлений новой жизни, которое инки приняли со всей душой, - чёрный напиток, который они попробовали впервые в Португалии, и это вовсе не кофе. С этого момента прислужники должны были внимательно следить, чтобы у императора и его двора всегда было в запасе хоть несколько бочонков)). С пивом (они его назвали жёлтым напитком) инки познакомились позже, когда дело дошло до присоединения немецких земель. Но это так - к слову пришлось. Самое же главное, что в противовес католицизму и инквизиции начинает образовываться новая религия. И по описанию её важнейших положений - воистину христианская в полном смысле...
Бог Солнце не ревнив, он не выбирает себе народ и не спасает меньшинство, оставляя прочих блуждать во мраке, — он несет свой благой свет всем людям на земле.
Бог Солнце не знает рабов. Он знает только людей.
Правда, не без тонкостей:
Истинный Иерусалим не в Иерусалиме, а в Куско, по ту сторону Океанического моря, где находится пуп земли.
Взлёт новой империи, с процветающей торговлей, миром и дружбой между всеми, без религиозных войск и фанатизма, был, увы, недолгим. Из-за Океанического моря надвигается армада под командованием мексиканского (именно так, а почему-то не ацтекского) полководца Куаутемока - думаю, это имя знакомо всем, кто в детстве читал Хаггарда... И снова война, снова предательства и вероломство, и прости-прощай общество, где самый ожесточённый спор касался способов выращивания помидоров...
Часть четвёртая, которую я бы назвала - ни пришей, ни пристебай: история жизни молодого человека по имени Мигель Сервантес Сааведра, изгнанного из родных мест за слишком ретивую любовь к женскому полу, и его друга - грека, художник, страшного пессимиста по имени Доменикос Теотокопулос, иначе говоря Эль Греко. Оба побывали на войне, оба обречены казни, оба прячутся в случайно попавшемся по дороге пустом доме, и тут хозяин возвращается. По чистой случайности этот хозяин - Мишель де Монтень, далее они втроём очень много говорят (по секрету - обо всё и ни о чём).
Вот, собственно, и всё. Как мне показалось, основная идея здесь та, которую озвучил в книге Атауальпа:
Ваш мир больше не будет прежним. Вы — Пятая Четверть.
Что это - констатация факта, угроза, шутка, которая должна придать автору загадочности? А вот не знаю... Зато точно знаю, что мне очень понравилась работа Анастасии Захаревич, переводчика, сохранившей суховатый, если не сказать - сухой, стиль Бине. И ещё понравились стихотворные вставки из "Инкиады" - несуществующего эпоса, в основе которого - "Луизиана" Камоэнса.
Воспеть хочу я странников отважных, Что, предков край покинувши нежданно, От берега кубинского однажды Ушли, взрезая волны океана.
74 понравилось
