Тишина моих слов

Я боюсь. Боюсь безмолвия моих слов. Так всё и идёт, день за днём, одновременно борьба и танец.

Нас окружают одни и те же стены, сдерживают одни и те же границы. Я знаю, откуда они берутся, я чувствую, что они есть, но не знаю, как их снести. И хочется ли мне этого.

Я — третье колесо, лишнее для велосипеда и недостаточное для машины. Я — лёд в Антарктиде, песок в пустыне, я — солнце на Карибах, дерево в лесу и клевер в трава, я что-то, что уже есть и без меня.

Я им не нужна. 

Ты понимаешь, что в определённом смысле всегда будешь тосковать. Когда больше, когда меньше. Иногда ты будешь на время забывать о тоске. Но она всегда будет возвращаться. Просто однажды станет не так больно.

Я хотела сказать так много, нет, я хочу сказать так много. Так много, что даже не знаю, с чего начать. И решаю начать с конца, который в то же время каким-то образом и начало, и каждое моё слово равносильно шагу какой-нибудь девочки, только что научившейся ходить.
— Простите меня, — говорю я.

Я слышала собственные крики, крики, которых не было.

Слова его – как скалы в прибой, как гора среди бури: не сокрушить и с места не сдвинуть. Они стоят намертво.

«Возможно». В этом слове заключено так много и так мало. Оно может значить всё и ничего. «Возможно» – это немного надежды и немного отчаяния.

Всё не так, и «так» никогда уже не будет.

Мяукнув, Мо усаживается рядом и начинает мурлыкать. Иногда это успокаивает меня, прогоняя из головы всё, пока там не остаётся одна пустота, в которой эхо мурлыканья накапливается, превращаясь в мелодию.