Otelo: Tragedia clásica

Учить бесстрастью ничего не стоит
Тому, кого ничто не беспокоит.

Я ей своим бесстрашьем полюбился,
Она же мне — сочувствием своим.

Я пришел сообщить вам, сударь, что ваша дочь в настоящую минуту складывает с мавром зверя с двумя спинами.

ОТЕЛЛО: О дьявол!
Когда б земля от женских слез рожала, —
Из каждой капля встал бы крокодил.

ЯГО: Нам надо помнить, что мужья — не боги
И никогда не будут так учтивы,
Как в вечер свадьбы.

ЯГО: Болящий палец и в здоровых членах
Способен вызвать то же чувство боли.

ОТЕЛЛО: Смотри:
Всю эту глупую мою любовь
Я шлю ветрам: подул — и нет ее.
Восстань из бездны, ужас черной мести!
Отдай, любовь, престол свой и венец
Слепой вражде! Распухни, грудь, от груза
Змеиных жал!

ОТЕЛЛО: Докажи,
Несчастный, что моя любовь — блудница!
Представь улики, докажи воочью!
Или, клянусь бессмертною душой,
Тебе бы лучше было псом родиться,
Чем встретить гнев мой!

ЯГО: Быть надо тем, чем кажешься. А если
Ты не таков, тогда и не кажись.

ОТЕЛЛО: Быть надо тем, чем кажешься, конечно.

ЯГО: Ранее конца
У подлости не различить лица.

ДОЖ: Наш злейший вор — напрасная печаль.

Что миновало, то забыть пора,
И с сердца сразу свалится гора.
Все время помнить прошлые напасти, Пожалуй, хуже свежего несчастья.
В страданиях единственный исход –
По мере сил не замечать невзгод.

Виновность отражается во взгляде.
Дурная совесть говорит без слов.

Хоть на войне я убивал людей,
Убийство в мирной жизни — преступленье.

Отцы, не верьте больше дочерям,
Как ни были б невинны их повадки!

Правдивостью спасибо не заслужишь.

Живёшь два года с мужем, не узнаешь.
Мужчина - брюхо, женщина - еда.
Он жрёт тебя и жрёт, и вдруг отрыжка.

ОТЕЛЛО: Иль у небес нет молний?
К чему их праздный гром? О негодяй!
(Бросается на Яго.)

ЭМИЛИЯ: О, подлость изглумилась над любовью!

ОТЕЛЛО: Она сошла в горящий ад как лгунья.
Убийца — я.

ЭМИЛИЯ: Тем этот ангел чище,
А ты чернее, бес!