Крестный отец. Сицилиец

Женщины вообще не любят, когда у их мужчин слишком хорошо идут дела. Это их расстраивает. Они в этом видят угрозу той власти над мужчиной, которой их наделяет привязанность, привычка к интимной близости, узы супружества…

Законник с портфелем в руках загребет больше, чем тысяча вооруженных налётчиков в масках.

Печальна судьба Сицилии! Никогда она не была свободна, народ ее голодал, труд его продавался задёшево, а кровь проливалась без всякого повода. Вот почему сицилийцы не верят в правительство, в законы, в общественный порядок – ведь с ними всегда обращались как со скотом.

«Мафия» на арабском – «святыня»; в сицилийское наречие это слово попало от сарацин, правившей Сицилией в десятом веке.

Сицилийцы убеждены, что месть – единственное истинное правосудие и что она должна быть беспощадной. На этом католическом острове, где в каждом доме есть статуэтка истекающего слезами Христа, христианское милосердие считалось презренным прибежищем трусов.

С теми, кто воспринимает несчастные случаи как личное оскорбление, несчастные случаи не происходят.

На этих землях, заставленных статуэтками Иисуса, никто не придерживается заповеди о том, чтобы подставлять вторую щеку. Прощение здесь считается уделом трусов. Сицилийский крестьянин не знает, что такое снисхождение.

Сильной стороной дона было то, что он никогда не обращал внимания на оскорбительный тон, отсутствие уважительности, хоть и запоминал их навсегда.

Дырки в теле ещё никому не пошли на пользу, как бы хорошо они ни зажили.

Просить меня оказать кому-то добрую услугу в таком деле ― все равно что просить оказать дурную услугу самому себе.