Особый отдел

– Рано ты меня, Сашок, со счетов сбрасываешь, – гордо ответил ветеран карающих органов. – Если я покинул ристалище большого секса, это ещё не значит, что я не могу дать кому-нибудь добрый совет.

Дама, задрав нижние конечности, выполненные во всех анатомических подробностях, опрокинулась на спину, а сверху – словно Буратино на Мальвину – прилёг бесштанный джентльмен (правда, главная достопримечательность этого странного Буратино располагалась совсем не там, куда её первоначально поместил известный сказочник К. Коллоди, а затем и ловкий плагиатор А. Толстой).

воспользуюсь авторитетом царя Соломона. Если не ошибаюсь, он сказал следующее: «Любому глупцу известно, что со временем ягнёнок превращается в овцу, но предугадать последствия своих собственных поступков не способен даже мудрец».

Хотите верьте, хотите нет, но во все времена первыми опасность – а равно и поживу – чуяли бродяги и изгои.

– Хватит чепуху молоть, – возмутилась Людочка. – Через двадцать дней Горемыкин вернётся из Непала. Что мы ему скажем?
– Как буддист буддисту я скажу ему магическую мантру «Ом мани падме хум», – заявил Цимбаларь. – Что означает: «Шёл бы ты туда, откуда явился».

Сам знаешь, есть спортсмены, и есть физкультурники. Я – физкультурница. Стремлюсь не к высоким результатам, а к собственному удовольствию.
– Не обижайся, но я за это не возьмусь. Физкультурница может принимать красивые позы, но выше головы не прыгнет.

– Как давно наступила смерть?
– Примерно за сутки до поступления в морг. Я имею в виду не тот, где мы сейчас находимся, а городской, так сказать, общедоступный, куда несчастный случай или объективные законы энтропии когда-нибудь приведут и нас с вами.

Ну ладно, рассказывай, что у тебя за проблемы.
– Если бы у меня одной. – Она уселась на лавочку, устроенную возле ограды, и знаком предложила Цимбаларю сделать то же самое. – Свои проблемы я стараюсь решать сама, что, между прочим, является неотъемлемым признаком воспитанного человека… Боюсь, мое невольное открытие может стать проблемой для очень и очень многих.

Узнав эту печальную новость, Цимбаларь первым делом подумал о своей пуле, хотя и малокалиберной, но всё равно кусачей, однако скоро выяснилось, что у Стелькина внезапно обострились все хвори, которые до поры до времени он довольно успешно глушил алкоголем и наркотиками. Недаром, наверное, говорят, что любую более-менее исправно действующую систему нельзя выводить из равновесия даже с благой целью.