Малый дом в Оллингтоне. Том 1.

Крофтс чувствовал такое благоговение к девушке, которую он любил, и так страшился повредить ей в ее общественном положении, что не смел даже высказать ей своей искренней, бескорыстной любви.

Не имея врагов, он имел очень немного друзей, и поэтому мы смело можем сказать, что мистер Буттервел шел по дороге жизни весьма скромно. [...] Он знал, что миру давал очень немного, а между тем получал от него щедро, и никто ему не завидовал.

«Такт... Такт, такт и такт», - [говорил он про себя].

Даже в его [Буттервела] покорности перед могучими было что-то искреннее и английское, в его любезности с ровными и низшими не обнаруживалось ни малейшей гордости.