Дом Витгенштейнов. Семья в состоянии войны

Патриотизм и семейная гордость держали Витгенштейнов вместе, но каждый брат и сестра держались собственных убеждений.

Подзаголовок книги «Семья в состоянии войны» отражает всю сущность судеб этих людей. Две мировых войны и микровойны между собой – всё это история восьмерых детей Карла и Леопольдины Витгенштейнов. Каждый из членов этой чудаковатой семейки страдает невротическими отклонениями, трое из мальчиков покончили жизнь самоубийством, а все остальные поделив богатое наследство родителей, продолжили воевать друг с другом. На их жизненном пути встретятся знаменитые политики, учёные, деятели искусства, да и сами Витгенштейны являются весьма одарёнными персонами. У каждого из них необычная судьба.

Самой яркой личностью, несомненно, является Пауль Витгенштейн – популярный пианист, потерявший правую руку во времена Первой мировой и прославившийся тем, что искусно музицировал одной левой. Его слепой учитель писал произведения для единственной руки Пауля, а тот успешно давал концерты, не забывая при этом страдать морально. Для интереса я посмотрела видео исполнения однорукого Пауля – его игра - это чередование арпеджиато, которое делает звук аккорда более продолжительным и перенос руки, исполняя мелодию. Перенос руки слышен, но всё вместе звучит действительно впечатляюще. Не разбирающийся в музыке человек, наверное, вообще удивится, что всё это проделывает лишь одна рука. Прокофьев, однако, считал, что Пауль Витгенштейн – весьма посредственный пианист, и будь бы у него обе руки, ему бы и не удалось добиться популярности. Кто знает? О таких вещах судить сложно.

Даже после Первой мировой оставшееся богатство позволяло Витгенштейнам жить ни о чём не заботясь, покупать дорогие дома, жить в роскоши. Но, к власти пришли национал-социалисты, а Витгенштейны, неожиданно для себя же самих оказались евреями. Для меня эта часть была самой напряжённой и интересной. Как ни странно, даже общая беда, обрушившаяся на семейство, не объединила их. Что ж… бывают и такие непримиримые люди.
Книга читается как семейная сага. Каждая история члена семьи уникальна и по-своему интересна. Советую всем, кто любит такого рода литературу, а также интересуется историей Австрии. Книга даёт обширный обзор на эпоху и настроения, царившие в Вене и во всей Европе в XX веке.

Увлекло не то слово... Восторг! Определенно первое место в моем личном списке ЖЗЛ!
Теперь очень хочется увидеть экранизацию, захватывающую разные поколения и судьбы всех членов семьи Витгенштейнов. Как знать, может быть и дождусь!
В общем и целом, центральная фигура книги - Пауль Витгенштейн, существенно меньше внимания уделено всем остальным.
При прочтении полностью погрузилась в текст, очень часто и сильно переживала за безалаберно "разбазариваемое" насладство Карла... И еще раз поняла для себя одну простую истину: Продавать, не строить... Построить, не получить в дар...
При отсутствии крепкой эмоционалной связи, устойчивой приемственности из поколения в поколение не получится сохранить и приумножить... Не получится употребить капитал во благо.
На мой взгляд, наиболее практичным и прозорливым в плане сохранения и приумножения был Пауль, но он был один... И его не хватило...
Так же очень печально для меня, что помимо двух войн, разорения, эмиграций, красной лентой в первой половине книги проходит - суицид, во второй онкология... Оказия какая-то! Слишком всего много...
Витгенштейны меня впечатлили, взбудоражили, эмоционально присоединилась к ним и проживала каждую страничку... В процессе прочтения где-то развеялись личные иллюзии, где-то поднадавило на мои мазольки... Пока еще перевариваю... Но к прочтению рекомендую, однозначно!

Масштабная работа, описывающая историю семьи Витгенштейнов, вышла из-под пера внука легендарного Ивлина Во больше десяти лет назад, но только сейчас добралась до России.

Речь идет о семье Карла Витгенштейна и его девятерых детей, самыми знаменитыми из которых, пожалуй, стали Пауль — однорукий пианист и Людвиг — философ аналитической школы. Но если в известности и сумасбродстве другие члены семьи возможно и уступали младшим братьям, то музыкально одаренными были все. Витгенштейны — музыкальная семья и это вероятно одна из ключевых причин интереса Александра Во, поскольку он музыкальный критик.

Музыка — то, что связывало Витгенштейнов между собой, некоторые из них говорили друг с другом музыкой. Самый яркий пример — эпизод прощания Леопольдины с умирающим мужем посредством уединенной игры на фортепиано и скрипке, только друг для друга. Однако, у Витгенштейнов куда больше было того, что рушило семейные узы, на это прямо указывает название книги.

Кинга написана в рамках освоения гранта Британской академии и работа проведена достойно. Множество ссылок на достойные внимания источники выводит беллетристику на академический уровень. Александр Во едва ли может претендовать на литературный талант уровня деда, но книга, являющаяся скорее хроникой, чем романом к тому и не обязывает. История семьи настолько насыщена фактами, порой шокирующими, что едва ли может быть пересказана не интересно. Само время — Belle Époque — прекрасный фон для этой семейной саги.

Череда самоубийств, на которую указывает автор, воспринимается как предчувствие великого слома. Как минимум трое из девяти Витгенштейнов пошли по этому пути, остальные преодолели фамильную склонность, но в трудные для всех или для них лично времена и другие братья были близки к суициду.

Былой эпохой стал патриарх Витгенштейнов — Карл. Self-made man, создавший состояние почти из ничего: приданное, недосказанности и удача. И как нельзя вернуть былое, Карлу не удалось увидеть продолжение себя ни в одном из сыновей. В другое время тем продолжением могла бы стать носившая имя деда Гермина, но тогда ей остался удел старой девы, души дома и последнего узелка семьи.

Главной фигурой романа стал Пауль, должно быть любимец автора. Вероятно Во хотел бы написать книгу именно о Пауле, но это сильно сузило бы круг потенциальных читателей, поэтому мы будто бы читаем историю всей семьи, но это история Пауля. С культей и лагерной стрижкой он шел напролом и занял свое место в истории музыки скорее вопреки. Его талант, как пианиста, не слишком высоко ценили даже в семье, но феноменальное упорство и колоссальные финансовые ресурсы позволили переломить судьбу, поместившую его в точку, из которой, казалось бы, не возможен такой исход. Ни фронтовое ранение, окончившееся ампутацией, не плен в той же крепости, где томился Достоевский, ни предрассудки и вынужденная эмиграция не смогли столкнуть Пауля с намеченного пути.

Его брат Людвиг на схожих исходных данные получил совершенно иной исход. Мировая война сделала его практикующим толстовцем, монашеский эапатаж которого смущал и тревожил близкий круг. В конечном итоге Людвиг покинул не только страну, но и семью и утратил связь с ближайшим братом Паулем. Возможно, это одна из причин, почему Людвиг кажется не понятым автором и его жизнь в философском круге глубоко не раскрыта в рамках книги. Однако имя Витгенштейн сегодня ассоциируется в первую очередь именно с Людвигом, а потому недостатка в материалах, позволяющим компенсировать это нет.

Мир после Первой мировой становился эпохой жестокого абсурда. Евреи-антисемиты Витгенштейн были вынуждены вступить в противостояние с грубой идеологией Тысячелетнего Рейха, непреклонности которого как оказалось есть вполне определенная цена.

Как весь западный мир был раздавлен Второй мировой войной, вслед за разрушенным бомбардировкой Пале Витгенштейнов, блистательная семья была раздроблена разделом денег, которые никто из них не заработал и окончательно уничтожена раком от которого умер каждый Витгенштейн, не убивший себя сам.

Насыщенная событиями, глубокая, захватывающая и тонкая. Грустная и жестокая. История Витгенштейнов.
Александр Во решил рассказать её, начав с Карла - человека активного, целеустремленного, стремительного и дерзкого. Карл своего богатства и успеха достиг самостоятельно и очень хотел передать своим детям. Сыновей у него было аж пятеро.
С этого момента начинается самая удивительная сага, которую я хоть когда-либо читала. Страсти, споры, разногласия - это только цветочки. Мало кто из семьи дожил до старости, жизненные волны стирали, разбивали и раскидывали Витгенштейнов по свету. Они многое сумели преодолеть и каждый по-разному. Но что действительно их сломало, так это война.
Александр Во сработал гениальную работу - без спекуляций, жарко, но без личных мнений разложил путь семьи до последней косточки. Собирая факты, пропитывая напрочь ими текст, добавляя щепотку напряжения получается чтение формата "мам, потом доем, надо дочитать".
Из всех удивительных личностей, меня больше всех тронул Пауль. Музыканты по-разному к нему относились, но ученики видели беспросветного чудака. Он забывал очевидное, исчезал во время урока, но стоило сделать ошибку и вот он уже тут, рвет твои ноты в грязных ботинках.
Кому читать? Если любите художественные истории, основанные на реальных событиях, развивающиеся в цепких, кровавых лапах войны.

Замечательная, написанная безукоризненным языком книга, в которой Александр Во знакомит нас с одним из самых богатых семейств Вены начала 20-го века.
Глава семьи, Карл Витгенштейн. Промышленник, бизнесмен, что называется "self-made man". Для своих детей (а их у него было восемь) он видел только одно будущее: продолжение дела, которое принесло ему процветание. Несмотря на то, что сам он в молодости постоянно бунтовал против отца, в том числе постоянно сбегая из дому (однажды его, попрошайничавшего у входя в кафе, узнал мэр города и передал родителям), от своих детей Карл требовал беспрекословного следования тому пути, который считал наиболее полезным для них. Никакие особенности характера и личные предпочтения во внимание не принимались. Карл упорно отказывался замечать, что его сыновья, такие разные, все творчески одарённые, непростые и интересные личности, схожи в одном: ни один из них не пошёл характером в отца, ни один не унаследовал его предпринимательскую хватку. Но глава семейства этого не замечал. И даже постигшие семью трагедии его ничему не научили...

От матери, Леопольдины, дети тоже не получали должного тепла и заботы.

Для дочерей Карла - Гермины, Хелены и Гретль, его деспотизм тоже оказался в какой-то мере фатален. Гермина так и не смогла найти спутника жизни. Гретль вышла замуж за человека, в котором её очень привлекали непредсказуемость поступков, взрывной характер и перепады настроения (ей казалось, отцовские черты). Но если у Карла такое поведение в какой-то мере было следствием живой работы мозга, то у избранника Гретль - симптомами психического заболевания, спустя годы поглотившего его целиком.
Это портрет Маргарет (Гретль) Витгенштейн, выполненный Густавом Климтом.

Самая большая часть произведения посвящена сыну Карла Паулю. Потеряв на Первой мировой войне руку, пройдя сквозь все тяготы плена и заточения в тюрьмах Сибири, этот невероятный человек, не мысливший свою жизнь без музыки, освоил игру на фортепиано одной рукой и достиг огромных успехов. Музыкальные критики писали о нём:

Брат Пауля, Людвиг, ставший впоследствии одним из самых значительных философов своего времени, тоже был интересной и неординарной личностью, правда, гораздо менее приземлённой по сравнению с братом. Так, вернувшись из русского плена, Пауль пожертвовал один миллион крон на пошив шинелей для военнопленных (он на своём опыте понял, что австрийские шинели ни на что не годятся и в условиях сибирских морозов оставляют своим обладателям очень небольшие шансы на выживание). Философски же настроенный Людвиг направил такую же сумму на создание какой чудо-пушки, но проконтролировать использование средств не смог, и в результате все деньги пропали.
В книге нет диалогов, все чувства и мысли героев автор передаёт при помощи выдержек из писем и дневниковых записей. Несмотря на то, что это, скорее, мемуары, а не роман, "Дом Витгенштейнов" даст десять очков вперёд многим современным произведениям в части умения автора увлекать читателя, писать об огромном количестве действующих лиц и событий, при этом не перегружая текст.
Очень интересно Александр Во пишет о настроениях, царивших в умах австрийцев с началом Первой мировой. Так, мать семейства Леопольдина Витгенштейн, на тот момент уже потерявшая двоих сыновей и только что отправившая на фронт ещё двоих, расстраивается из-за того, что третий сын находится в Америке и не может принять участие в боевых действиях, защищая с оружием в руках честь Родины...
Проходят годы, на домах австрийцев начинают развевается флаги со свастикой, и автор переходит к тому периоду времени, которое вошло в европейскую историю как зарождение нацизма и приход к власти будущих "архитекторов Холокоста". Для семьи Витгенштейн наступают трудные времена, поскольку теперь их семья считается еврейской.

Теперь, чтобы добиться признания членов семьи хотя бы полукровками (Mischling), Витгенштейнам предстоит убедить специально созданное в Берлине бюро генеалогических исследований, ежедневно разгребавшее лавину "запросов на арианизацию" (!), в том, что их дед был незаконнорожденным сыном немецкого графа. В противном случае им грозило принятие официального статуса Volljuden (полных евреев) и следующие за этим более репрессивные законы. К концу войны это так называемое бюро, в котором работало порядка 120 человек в возрасте 20-30 лет, рассмотрит около 52 000 подобных запросов и одобрит менее 10 процентов из них.

Какая сложная, невероятная жизнь была у каждого члена этой семьи, особенно у Пауля! И хотя порой у него опускались руки, а в голове начинали появляться "разрушительные" мысли, он смог в чём-то перебороть, пересилить себя и продолжать не просто жить, но жить достойно, личностно развиваясь, творя и самосовершенствуясь.

Вот и Паулю, пережившему не один "великий блеф" в своей жизни (существование с деспотичным, подавляющим любые начинания отцом, мучительные поиски себя, потеря старших братьев, тяготы и ужасы Первой мировой войны, преследования нацистов и лишения Второй мировой), эта самая жизнь тоже оставила небольшой "клочок бумаги". Что же, время показало, что распорядился он им весьма достойно.

"Биография - это бестактность. Биография без бестактности бессмысленна", - утверждал Пауль Витгенштейн, как будто заранее зная о том, что большая биография его семьи, по крупицам воссозданная Александром Во, будет во многом откровенной и нелицеприятной. Тем более, основная роль в книге отведена именно ему, однорукому пианисту-виртуозу, сегодня известному благодаря своему младшему брату. Тем не менее, книга Во - на редкость добросовестна. Автор скрупулезно роется в архивах, "бестактно" изучает сотни личных писем, пытаясь дойти до правды там, где это возможно.

История одного поколения, оказавшегося на изломе времен и ценностей, рассказана ярко, эффектно, увлекательно и при этом довольно подробно. Восемь по-разному одаренных детей могущественного промышленника Карла Витгенштейна, предприимчивого владельца и акционера сразу нескольких крупных компаний, шахт и рудников, были непохожи друг на друга только на первый взгляд. При ближайшем рассмотрении их, помимо блестящего образования и ясного ума, связывала запредельная любовь к музыке, сдержанная мечтательность, упрямая одержимость, а также склонность к самоубийству и предрасположенность к раку. История каждого из них - увлекательное путешествие с неожиданным и, как правило, трагичным финалом.

Блеск и нищета Витгенштейнов, когда-то спонсировавших лучших композиторов и художников эпохи, а после вымаливающих себе статус евреев-полукровок в родной Австрии, - лучшая иллюстрация того, насколько непредсказуемой, ироничной и жестокой может быть жизнь.

Все знают, что от осинки не родятся апельсинки. Я сама часто употребляю эту фразу. Но, когда читаешь о потомках Карла Витгенштейна, с удивлением осознаешь, что какие-то апельсинки все-таки родились. Сыновья человека, который прошел путь от официанта до стального магната, оказались абсолютно не способны продолжить его дело. Ни один из пяти. Да что там развить и преумножить, потратить даже с толком не сумели. Огромные суммы, выделяемые на благотворительность, уходили неизвестно куда, оседая, видимо в чьих-то карманах. Ни у кого ни деловой хватки, ни предприимчивости. Одни рафинированные эстеты, склонные к суициду. Количество самоубийств в одном роду просто поразительно. Трое из пяти братьев Витгенштейнов свели счеты с жизнью, это не считая других родственников. Люди, склонные к мистике и эзотерике, точно заподозрили бы какое-нибудь проклятье. То, что старшие братья рано ушли из жизни не оправдывает автора, который большую часть книги посвятил Паулю. Хотя заявлена была книга о целой семье. Но Людвиг, например, предстает этаким чудаковатым философом-гомосексуалистом, в идеях которого сам черт ноги поломает. Никому ничего не понятно. Автор у кого-то вычитал, что биография – это всегда бестактность. Вот, когда он берется писать о женщинах рода Витгенштейн, он эту фразу полностью оправдывает. Не раз в уничижительном тоне говорит о том, что Гермина осталась старой девой, называет Гретль фригидной. Ощущение такое, когда нечего особо сказать, так поговорю хоть о сексуальной жизни. Хотя это дело личное и вообще не должно никого касаться. Наладил ты контакт с дочерью Пауля, предоставили тебе доступ к семейному архиву, так и напиши книгу о НЕМ. Тем более, что человек уникальный, однорукий пианист, с очень непростым характером, со специфическими отношениями с теми же композиторами, например. Да, возможно, это была бы меньшая книга для более узкого круга читателей, но не было бы ощущения, что схвачен кусок больший, чем можно прожевать. А от данной книги именно такое ощущение. Напихал автор всего по чуть-чуть: история рода, история страны, Гитлер отдельно зачем-то, какие-то родственники появляются на одно мгновенье и тут же исчезают. А в центре все равно Пауль. И из-за этого книга местами перегружена специфическими музыкальными терминами, что лично для меня представляло дополнительную сложность. Хотя о Пауле еще более-менее написано. Видимо, дочь как-то контролировала. Остальное, это преимущественно копание в грязном белье, каких-то семейных дрязгах плюс немножко истории Австрии. Не самый лучший образец биографической литературы.

Лучшее из прочитанного за последнее время.
Если по этой книге снимут сериал, уверена, все будут смотреть, открыв рот.
При этом, дополнительно придумывать ничего не надо. Жизнь оказалась гораздо страшнее любого сериала.
Из восьмерых детей богатейшей семьи сталелитейных магнатов Витгенштейн: трое покончили жизнь самоубийством, странный младший известен как величайший философ 20 века Людвиг Витгенштейн, а его брат - всемирно известный пианист с одной рукой - Пауль Витгенштейн.
Безумие, гомосексуализм, раздел имущества, войны, семейные передряги.
Как юриста меня впечатлили главы, в которых обсуждалась передача средств из швейцарского траста в нацистский Рейхсбанк в обмен на эмиграцию Пауля, в результате которой братья и сёстры перестали общаться. Рассказано, как принципиальность юристов буквально спасла жизнь и деньги Пауля.
Книга читается на одном дыхании, буквально залпом.
Очень рекомендую!

Дом Витгенштейнов - история большой, легендарной австрийской семьи, пережившей Первую и Вторую Мировые войны. В наше время наиболее известен только один представитель - философ, Людвиг Витгенштейн.

В книге мы прослеживаем историю семьи от деда наших героев и немного затрагивая их детей и внуков. Автор Александр Во последовательно рассказывает о каждом из братьев и сестер, их жизни, работе, характерах, семьях и, конечно, отношении друг к другу.

Крайне интересно наблюдать за семьей, которая пережила две войны, потеряла при этом половину семьи и состояния. Мы много узнаем об их отношении к родине, встают на ее защиту и выживают в плену.

Наблюдаем как члены одной семьи могут воевать во враждующих армиях (австрийской и немецкой) и то, как при этом, деньги портят отношения семьи, но при этом становятся гарантом их жизни и неприкосновенности в страшный период 1939-1945 гг.

Книга написано настолько увлекательным языком, что порой забываешь, что читаешь о реальной семье. В книге нет диалогов, но есть фрагменты их писем и мемуаров, что делает еще более живой.

На днях я дочитала книгу Александра Во -  «Дом Витгенштейнов. Семья в состоянии войны».

Дом Витгенштейнов в Вене действительно именитый. В него были вхожи такие деятели искусства, как Малер, Штраусс, Климт. И почти все Витгенштейны имели музыкальные наклонности в той или иной степени. И, как мне кажется, музыка была для них единственным мирным способом коммуникации и совместного времяпрепровождения, потому что несколько Витгенштейнов в одной комнате - это зачастую гарантированный скандал. Удивительно читать, как братья и сёстры нередко со снисходительной неприязнью или симпатией (разобрать порой сложно) высказывались друг о друге в письмах, иногда напрямую говоря о том, что не могут переносить присутствие того или иного члена семьи. Но, когда дело касалось их здоровья или жизни, они бросали все силы на то, чтобы помочь или спасти близкого, но ни в коем случае не напрямую, а через посредников. Это парадоксальное смешение кардинально противоположных взглядов, идей и чувств, пожалуй, и сделало Витгенштейнов такими примечательными и взрастило внутри одной семьи столько личностей поистине ярких и неординарных, но одновременно глубоко несчастных. Возможно, свою роль сыграло и то, что жизнь этого семейства пришлась на момент болезненного перелома - перехода человечества из девятнадцатого столетия в двадцатое, когда Европа не прекращая бурлила, а конфликт старых и новых ценностей порождал непредсказуемые и не самые приятные повороты в судьбах людей. 

Теперь немного о подходе автора к своей работе. Могу сказать, что он достаточно внимания уделил каждому представителю семьи, но если браться за книгу с единственной целью - побольше узнать о Людвиге Витгенштейне, можно разочароваться. Мне почему-то показалось, что любимчик у Во - Пауль Витгенштейн, старший брат Людвига. Пауль, ещё в юности решивший вопреки желанию отца стать пианистом, во время Первой Мировой войны потерял правую руку, но от избранного им пути не отказался. Потому очень много дано информации о его карьере концертного пианиста и его взаимодействии с великими композиторами-современниками (среди них, кстати, Прокофьев), у которых он заказывал фортепианные концерты, сочиненные специально для исполнения только левой рукой.  

В общем, могу сказать, что эта книга документальная по своей сути дала возможность с другой стороны посмотреть на то, что мы привыкли смотреть с художественной точки зрения. Вместо образов и аллегорий здесь сухие факты и свидетельства современников, которые, как ни странно, иногда делают знакомство с трагедией этой семьи даже более личной.