Ведьма по распределению

— Собственно, а чем ты ей так обязана?

— С женихом она мне помогла, — чуть слышно проговорила Риона. — Накануне недели сватовства я ее зелье Варну подлила. Тот все за моей подругой ухлестывал. А как снадобья хлебнул — о ней и думать забыл. Да только счастья мне это не принесло.

— Почему? — спросила я.

— Потому что зелье любви не приносит. — Риона тяжело вздохнула. — Барн то и дело начинает глазами по сторонам стрелять. Неделя, две — и каждую встречную-поперечную аж раздевает взглядом. Приходится новую порцию давать. А где его брать? Только у Шаи. Вот и тружусь на два дома. Здесь помыть, у себя убрать, наготовить. К ночи ни ног, ни рук, ни спины не чую.

— Так, может, ну этого Варна? — предложила я. — Зачем так мучиться? Другого себе найди.

— Да кто ж на меня посмотрит!

— Зелье, зелье, — угрюмо буркнула она. — Что просила — то и сделала. А теперь иди прочь. Или с хозяйством помочь хочешь? Тогда я тебе еще какое снадобье сварганю. Бесплатно. Против конопушек, например.

Конопушек? Это еще что такое?

— Не обижайся, но весь нос у тебя словно птичками загажен, — добавила Шая. — Так-то девка симпатичная, но это все портит.

От возмущения я вспыхнула до корней волос. И ничего это не конопушки! Просто немного веснушек. И вообще, отец всегда говорил, что это, наоборот, очень мило.

Метания Шаи продолжались никак не меньше получаса. Наконец она торжественно бросила в зелье волосы Дэниеля и мои. Опять старательно размешала все поварешкой. И вдруг внезапно облизнула ее, после чего возобновила процесс помешивания.

Меня передернуло от отвращения. Какое счастье, что все это предназначено не для меня!

Кстати, любопытно, а ставить котел на огонь Шая не собирается? Почему-то я думала, что процесс варки обязателен при приготовлении магических снадобий.

Но, как видно, я ошибалась. Шая напоследок как следует заправила отворотное зелье на сей раз зеленоватым порошком и удовлетворенно кивнула.

— Ладно, коль пришла — заходи, — распорядилась Шая и пошире открыла дверь. — Нечего в сенях топтаться.

Я с готовностью повиновалась. Войдя в сам дом, не сумела удержаться от завистливого вздоха.

По всему было видно, что загадочная Риона, несмотря на все недовольство старухи, успевала делать очень и очень многое. Все вокруг буквально сверкало от чистоты.

Вообще, меньше всего обстановка напоминала жилище травницы. Никаких тебе пучков трав, никаких мензурок и склянок с таинственным содержимым, никаких кипящих котлов, в которых варится зелье. Вместо этого — белоснежная скатерть на столе, веселенькие занавески, несколько удобных кресел, которые больше ожидаешь увидеть в каком-нибудь городском доме. И даже печь выглядела так, как будто ее никто и никогда не использовал для приготовления еды.

— Ну, чего приперлась? — грубо спросила Шая, когда я закончила вытирать ноги о дверной коврик. — Мужика небось надоть?

— Наоборот, — проговорила я. — Мне отворотное зелье нужно.

— Все вы за одним приходите, — фыркнула старушка, грозно подбоченившись. — Шоб любили вас, баловали, на руках носили, глаз оторвать не могли.

— Да нет, не нужно мне это! — повысила я голос, сообразив, что Шая не расслышала меня. — Мне надо, чтобы этот мужчина на меня и глядеть без отвращения не мог.

Дэниель спокойно спал, разметавшись на узкой девичьей кровати. Верина не только уложила его, но и раздела по доброте душевной. Одеяло опасно сползло, прикрывая лишь бедра мага.

Я невольно смутилась, окинув взглядом обнаженную фигуру мужчины. Да, телосложению Дэниеля и впрямь мог позавидовать любой. Жилистый, подтянутый.

Я чуть нахмурилась, заметив татуировку на его правом предплечье. А вчера я ее не заметила, когда разбудила его через амулет связи. Черная вязь непонятных символов шла по загоревшей коже, словно складываясь в какую-то фразу.

Что это? Какая-то надпись? Но тогда выполнена она на незнакомом языке.

В этот момент Дэниель пробормотал что-то неразборчивое. Улыбнулся — и у меня перехватило дыхание.

По-моему, очень несправедливо, что у этого негодяя такие привлекательные ямочки на щеках.

— Пойдем, — прошамкал дракон сквозь плотно стиснутые зубы. — Отволоку этого типа в деревню. Да побыстрее! В носу опять начинает чесаться. Скоро вновь расчихаюсь.

— Зачем тебе его куда-то волочь? — удивилась я. — Пусть тут лежит.

— Да счас! — Эвотт так резко дернул головой от негодования, что Дэниель описал в воздухе чуть ли не круг. — Он неделю дрыхнуть будет. И что, мне все это время за ним присматривать? Тоже мне, няньку нашли!

После чего бодро затопал по склону вниз, видимо решив не тратить время на пустые пререкания.

— Оливия, да будет тебе известно, что драконы не питаются девственницами, — торжественно провозгласил Эвотт, закончив булькать от смеха. — И вообще людьми. Мы не каннибалы. Есть разумных существ как-то мерзко и недостойно.

— Ага, а огнем ты плевался, стало быть, просто так, — не унималась я. — Фейерверком меня решил порадовать внезапно.

— Когда закончится действие заклятия Дэниеля — тебе лучше быть подальше от меня, — спокойно предупредил дракон. — Потому что у меня, как, впрочем, и у всех драконов, аллергия на девственниц. Жутчайшая! Сразу же чихать начинаем. Тебе еще повезло, что ты так злоупотребила спиртным перед походом. Хотя, скорее, не повезло как раз. Иначе я бы тебя почуял еще на дальних подступах и не подпустил бы в зону поражения, так сказать.

— Все-таки исчерпал свои силы до дна, — печально констатировал Эвотт, который с любопытством наблюдал за моими действиями.

Я осторожно похлопала Дэниеля по щекам, поборов желание воспользоваться удобным моментом и залепить ему парочку пощечин. Но впустую. Он даже не подумал приходить в себя.

— Не трудись, — посоветовал мне Эвотт. — Он в отключке еще долго будет. Как бы не неделю. А скорее — и того более. Двести миль преодолеть в виде дракона… Да, силен парнишка, ничего не скажешь. Раньше я с такими уникумами не встречался.

— Ты это… расстроил меня, парень.

Парень? Нет, Дэниель, конечно, выглядит не старше тридцати, но наверняка ему гораздо больше.

Хотя… С точки зрения драконов, которые живут тысячелетиями, мы все в каком-то смысле несмышленыши.

Дэниель несколько раз сжал и разжал кулаки. Затем повернулся ко мне — и я в очередной раз подивилась его бледности. В его лице, казалось, не осталось и кровинки. Скулы заострились, под глазами лежали тени усталости.

Да уж, когда я разговаривала с ним по амулету связи, он выглядел гораздо лучше.

— Почему женщины так любят все усложнять? — мученически вопросил Дэниель, ни к кому, в сущности, не обращаясь. — Ну нет у меня времени на всякие глупости в виде ухаживаний и прочей дребедени!