
Политическая теория
capitalistka
- 51 книга

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Начну с дисклеймера: если вы твёрдо стоите на позициях неолиберализма, верите в идеалы Евромайдана или являетесь украинским националистом, то можете смело проходить мимо этой работы. Ничего полезного для себя не вынесете, а книга вас только взбесит и разозлит. Оно вам надо?
Для всех прочих рассказываю. События на Украине 2013-2014 годов, безусловно, стали водоразделом как для собственно Украины, так и в не меньшей степени для России. Осмысление произошедших событий будет происходить в течение ещё очень длительного времени. Здесь же автор вооружился теорией дискурса аргентинского философа Эрнесто Лаклау и бельгийского философа Шанталь Муфф. Как водится в среде маститых философов, оба являются постмарксистами. А оттого автор унаследовал их критическое отношение к неолиберализму и глобализации.
Потому приверженцу неолиберальных ценностей читать этот текст будет, скажем мягко, некомфортно: публикация отрывков книги на либеральном Republic вызвала шквал критики, и отрывок буквально утонул в дизлайках и гневных комментариях.
Так о чём книга? Если совсем коротко и ненаучно, то теория Лаклау и Муфф строится на том, что общество состоит из пространства постоянного столкновения различных групп. Чем более нестабильны такие поля, тем лучше. В противном случае противоборствующие группы чётко разграничивают себя и начинают деление на "своих" и "чужих". Отсюда идёт формирование образа "врага", его последующая дегуманизация и логичное завершение - физическое или политическое уничтожение.
Автор анализирует риторику промайданных СМИ, политиков и общественных действий и приходит к выводу, что во многом трагедия на юго-востоке Украины стала возможной именно вследствие такой риторики: деление на "своих", "проевропейских", "прогрессивных" и "чужих", "совковых", "регрессивных". Логичным завершением риторики становится отказ в субъектности "врага", его дегуманизация ("колорады"), последующее поражение в правах и собственно физическое устранение - проведение АТО.
В конце автор набрасывается в целом на неолиберализм и глобализм. Она указывает, что европейский вариант неолиберальной модернизации вовсе не является единственно возможным. Напротив, настолько категоричные суждения - это путь к катастрофе, что и показала трагедия гражданской войны на Украине.
Идеи, безусловно, не бесспорные и вполне возможно, что автор сознательно или нет опускает многие детали. Но по моему скромному дилетантсткому мнению, это пускай и резковатое, но приглашение к дискуссии о природе социальных конфликтов на территории бывшего СССР. Что в нынешние времена для России становится вдвойне актуальным.

Подводя итог, можно сказать, что в однонаправленном прогрессивном дискурсе есть четыре узловых момента. Во первых, рассматриваемое незападное общество представляется не как уникальное социокультурное образование, которое следует оценивать с его собственных позиций, а как часть универсального проекта глобализации, который оценивается по нормативной шкале западных социально политических институтов. Во вторых, люди незападного общества или общества, выступающие против вестернизации, представлены либо как интеллектуально неразвитые «варвары», неспособные постичь ценность западно ориентированных прогрессивных предложений, либо как деморализованные массы, слишком напуганные для того, чтобы принять ход истории. В третьих, те, кто продвигает повестку всеобщей глобализации, представлены как авангард истории, чья миссия состоит в том, чтобы привести свои общества к цивилизационной «норме», приравненной к «западным условиям». В четвертых, «Запад» (в котором видят однородное единство) всегда представляется как модель экономического, политического и культурного развития; западные условия преподносятся как идеал, по сравнению с которым отсталость и варварство незападных народов и обществ кажутся очевидными.

Согласно теории дискурса любая тотальность невозможна и необходима одновременно: невозможна, поскольку она всегда состоит из разнообразных социальных требований и идентичностей, которые можно привести к общему знаменателю лишь условно; необходима, потому что без дискурсивного замыкания, каким бы случайными и неполным оно ни было, никакая артикуляция и никакие политические действия немыслимы. Таким образом, вопрос не в замыкании как таковом – любой дискурс формируется посредством исключения альтернативных значений. Вопрос заключается в характере этого замыкания – его исключенных смыслах, политических возможностях и социальных последствиях, а также в том, насколько «намертво» зафиксирована гегемония определенной дискурсивной конфигурации.
















Другие издания
