Ночь без конца

Да, помечтать я всегда любил. Но мечты так и оставались мечтами, но мне от них делалось веселее.

Порой мне приходила в голову несуразная мысль, что он просто загоняет себя в могилу этой своей бесконечной работой, в которой выкладывается на всю катушку. Я же работать не хотел – вот и все. Я работу презирал, совершенно ею не дорожил. Считал, что ничего хуже работы человечество не изобрело.

I didn’t want to work. It was as simple as that. I distrusted work, disliked it. I thought it was a very bad thing, that the human race had unfortunately invented for itself.

Born poor doesn’t mean you’ve got to stay poor. Money’s queer. It goes where it’s wanted.

Однажды он сказал мне: «Если женщина наделена от природы разумом, то к двадцати одному году она уже должна неплохо соображать. Зачем заставлять ее ждать еще четыре года? А если она дура, то дурой и останется».

— Люди любят собирать сплетни про всякие несчастья. А этого везде хватает. Вот и получается, что какое-то место обрастает слухами.

Я не мастер описывать — во всяком случае, до настоящего писателя мне далеко.

«Люди то и дело находят разные средства и способы вылечиться. Врачи - просто мрачные животные. Бросают пациентов как умирающих, а те над ними смеются и натягиваются им нос и живут еще полсотни лет».

Я не доверял работе, не любил работу. я считал, что это самое худшее из всего, что человеческий род для себя, к сожалению, изобрел.

- Не говори так, - возразил Сантоникс. - Родиться в бедности вовсе не значит в бедности остаться. Деньги - удивительная штука. Они идут туда, где они желанны.