Водитель для дочери

Он чувствовал, что трясина влюбленного сумасшествия засасывала его все сильнее, и не желал сопротивляться.

Мерзкое охлаждение былой страсти уверенно растекалось по квартире, протягивая свои щупальца и запуская их в спальню.

Этот водитель ужасно ее раздражал. И ей ужасно хотелось, чтобы это продолжалось как можно дольше. Таких странных и противоречивых эмоций девушка не испытывала еще никогда в своей жизни.

У нее просто не было выбора — любовь приходит, не спрашивая, ждешь ты ее или нет.

Тон нанимателя был привычно хладнокровен — обманчивое впечатление. Именно с таким каменным лицом можно убивать людей.

либо пан, либо пропал.

— Я отказываюсь ездить куда-либо с этим типом! Я отказываюсь его терпеть рядом с собой и отказываюсь выносить его общество! Я никуда больше с ним не поеду! — И отдышавшись, добавила: — Если уж это так необходимо, то найди мне другого водителя, папа! Этот невыносим! Уж не знаю, на какой помойке ты его отрыл, но он совершенно не образованный, грубый, да и просто хам!
— Это всё? — Спокойно уточнил Князев.

Дети... они меняют все. Ты больше не принадлежишь себе. Ты словно вырезаешь из груди свое сердце, отдаешь им, и теперь твое сердце бьется вне тебя. Никаких тарзанок, превышений скорости, опасных маршрутов, и прочего. Даже мотоциклов. Хочется вернутся к ним живой и здоровой.

Деньги это ведь еще не весь мир, не вся жизнь.

Молодым нужно помнить, что они еще молоды, и уделять время друг другу.

Шизофрения — это болезнь, которую нельзя предотвратить. Она уже есть, уже живет в человеке, она поражает его мозг и создает придуманный мир, в котором больной существует, как ребенок, который забывает о логике и боится монстров, живущих под кроватью.

Если запереть птицу в клетку, она ведь не перестанет петь.

Кажется, что никому до тебя нет дела, и ты злишься на весь мир. Без родителей трудно. Но еще труднее, если они вроде есть, но их вроде как нет, и ты всегда один.

— Вот я — милый. А он просто мужлан. Он, вообще, бывает с тобой обходителен?
— Что-то ты развонялся. — Покачал головой Влад. — Прикрыл бы варежку.

Мужчины так устроены, дорогая. Если ты им не даешь, дает кто-то другой.

— Тогда тебе нужно кое-что знать о парнях. Если они не могут купить сладостей в твоей кондитерской, их желание отведать десерт никуда не улетучивается… Соответственно, они все равно найдут, как и где удовлетворить свое желание. Например, сходят в соседнюю кондитерскую… Или пекарню, где по утрам подают совершенно потрясающие булочки с сахаром… Ну, или в ближайшее кафе, где есть пирожные — пусть не самые аппетитные и изысканные, но на время утоляющие голод.

— Заткнись ты уже. И без тебя тошно. — Бросила она через плечо.
— Как пожелаете.
— Придурок!
— Как будет угодно.
— Козел!
— Сделаю вид, что не слышал. — Подумал он и добавил: — Но только сегодня. В честь знакомства.

Негативное же всегда запоминается ярче, чем что-то хорошее.

– Я найду на тебя управу! Вот увидишь!
– Разумеется. – Кивнула девушка, толкая дверь. – Только не ори так громко. Говорят, что звуковые волны негативно воздействуют на импланты. Как бы не взорвались, а то твои новые сиськи дорого обойдутся моему папочке!

– Что ты сделала со своей юбкой? Ты, вообще, в курсе про общепринятый для частных академий этикет?
– А что с моей юбкой? – Пожала плечами Ксюша, с недоумением оглядывая себя.
Наташа, которая кормила сидящую на высоком стуле Риточку, опустила взгляд, чтобы спрятать улыбку.
– Да у тебя же почти трусы видно! – Повысила голос на пару тонов Надя.
– А у тебя с этим проблемы? – Ксения подошла к столу и взяла с тарелки яблоко. – Трусы у меня красивые, попа тоже, отчего же не показать?