Цитаты из книги Ο Γέρος και η Θάλασσα

– Послушай, рыба! Ведь тебе все равно умирать. Зачем же тебе надо, чтобы и я тоже умер? -(Старик).

«Будь спокойным и сильным, старик», – сказал он себе.

Солнце вставало уже в третий раз, с тех пор как он вышел в море, и тут-то рыба начала делать круги.

– Лучше, старик, сам забудь о страхе и побольше верь в свои силы, – сказал он. – Хоть ты ее и держишь, ты не можешь вытянуть ни дюйма лесы. Но скоро она начнет делать круги.

«Интересно, что ее вывело из себя? Голод довел ее до отчаяния или что-нибудь испугало во тьме? Может, она вдруг почувствовала страх? Но ведь это была спокойная и сильная рыба. Она казалась мне такой смелой и такой уверенной в себе. Странно!»

«Будь со мной мальчик, он смочил бы лесу водой. Да, если бы мальчик был здесь! Если бы он был здесь!»

- Мне надо поспать. И звезды спят, и луна спит, и солнце спит, и даже океан иногда спит в те дни, когда нет течения и стоит полная тишь.

- Мучения, которые причиняет ей крючок, не так уж велики, ее гораздо больше мучит голод и ощущение опасности, которой она не понимает. Отдохни же, старик. Пусть трудится рыба, пока не настанет твой черед.

– Легкость лодки продлевает наши страдания – и мои и рыбы, но в ней и залог моего спасения. Ведь эта рыба, если захочет, может плыть еще быстрее.

– Как ты себя чувствуешь, рыба? – спросил он громко. – Я себя чувствую прекрасно. Левая рука болит меньше, и пищи хватит на целую ночь и еще на день. Ладно, тащи лодку, рыба.

. – У этой рыбы хватит сил на всю ночь. Ну, и у меня тоже.

«Хоть это и несправедливо, но я докажу ей, на что способен человек и что он может вынести».

– А мне теперь надо беречь силы. Ведь не знал же я, господи, что она такая большая!.. Но я ее все равно одолею, при всей ее величине и при всем ее великолепии.

– В бога я не верую, но я прочту десять раз «Отче наш» и столько же раз «Богородицу», чтобы поймать эту рыбу. Я дам обет отправиться на богомолье, если я ее и впрямь поймаю. Даю слово. -(Старик).

«Ну, рука у меня разойдется, конечно, разойдется, хотя бы для того, чтобы помочь правой руке. Жили-были три брата: рыба и мои две руки… Непременно разойдется. Просто стыд, что ее свело».

«Ненавижу, когда у меня сводит руку. Собственное тело – и такой подвох! (...). Но судорога (он мысленно называл ее calambre) особенно унижает тебя, когда ты один».

– Побудь со мной, если хочешь, птица. Жаль, что я не могу поставить парус и привезти тебя на сушу, хотя сейчас и поднимается легкий ветер. Но у меня тут друг, которого я не могу покинуть. -(Старик).

С севера к лодке приблизилась маленькая птичка. Она летела низко над водой. Старик видел, что она очень устала. Птица села на корму отдохнуть. (...). – Отдохни хорошенько, маленькая птичка, а потом лети к берегу и борись, как борется каждый человек, птица или рыба.

– Рыба, я тебя очень люблю и уважаю. Но я убью тебя прежде, чем настанет вечер. «Будем надеяться, что это мне удастся», – подумал он.

«Если она терпит, значит, и я стерплю». И заря осветила натянутую лесу, уходящую в глубину моря.