Шпионка в графском замке

– Я что, похож на честного человека? – раздосадованно спросил Раймонд.
– Довольно похож, – разочаровала его я. – Знаю, ты очень стараешься, чтобы это было незаметно, но иногда проскальзывает.

Есть раны, которые никогда не затягиваются до конца. Они проникают под кожу, постепенно становясь частью нас самих. Убери их – и мы тоже развеемся по ветру, обернёмся безликими серыми тенями, обречённо озирающимися, затерявшись в чужом мире. Есть раны, которые нельзя исцелить. Но боль можно приглушить так, что она почти не будет ощущаться. Так, чтобы позволить человеку жить вполне хорошо. Если повезёт, то счастливо…

Общаясь с людьми, гораздо лучше составлять о них собственное мнение, а не припоминать в деталях информацию от других.

– Эй, а что это у тебя в волосах?
Раймонд отстранился и теперь с любопытством рассматривал мою голову.
– Неужели рога торчат? – изумилась я. – Странно; обычно я их подтачиваю, чтобы было незаметно.

Благодарность – это тоже чувство, которое делает человека пристрастным.

– Зачем ты сводишь меня с ума, кофейная девочка?
Мне не надо было думать над ответом.
– Мне просто скучно сходить с ума в одиночку.

Все люди лгут, – заметила я.  – По миллиону причин. Иногда ложь бывает оправдана.

– Какая выгодная девушка, – весело заметил помощник. – И раны лечит, и кофе готовит. Нам пригодилась бы такая в нашем ведомстве, не правда ли, господин Нуаре?
Я скромно потупила глазки. Вы ещё не видели, как аккуратно я расчленяю трупы!

– «Всего два трупика»! – недовольно повторил Феррант. – Вы бы пожалели хоть нервы городской стражи!
– Жаль, валерьянки с собой не оказалось, иначе непременно бы им предложила.

– Я говорил про твой высокий интеллектуальный уровень? Забудь. Мой тебе совет: ешь больше рыбы. Для мозгов всё равно не поможет, зато вкусно.

Сколько бы страданий, неудобств и досады ни приносила любовь, она слишком многое даёт нашим душам взамен. Вот мы и цепляемся за неё всеми силами, руками, зубами и когтями и не позволяем отлучить её от нас, кроме как оторвав вместе с куском мяса. Но в этом виновна не любовь и даже не предмет нашей страсти. В этом виновны только мы.

Девочка, как следует думай головой, прежде чем близко подпускать к себе мужчину. И никогда с этим не торопись. Лучше тяни до последнего. Не бойся упустить. Если окажется нетерпеливым и сбежит, значит, не больно-то он тебе такой и нужен.

Верный муж - зверь редкий, можно сказать, представитель вымирающего вида.

- Откуда ты всегда знаешь, как ударить по больному месту?
- На то и существуют близкие люди.

Мы с тобой напарники, так что почти как муж и жена: всё делим поровну. Радости, невзгоды и гнев начальства.

- А палач? Про палача вы подумали? - проигнорировал мой комментарий Феррант. - Он ведь карьерист. Человек прилежный, работу свою любит. Он должен был казнить шестерых, а вы ему скольких оставили? Четверых. А кастрировать и вовсе на одного меньше. А человек, между прочим, с каждого казнённого комиссионные получает! Вот и компенсируйте ему теперь эти убытки из своего жалования.

Любовь к себе - чувство весьма похвальное, особенно при условии, что она взаимна. Но в некоторых случаях она переходит границы пристойного и приобретает масштабы извращения.

- Просто расслабься и делай то, в чём заключается главное предназначение женщины.
- Теряюсь в догадках. Неужели ты предлагаешь мне прямо здесь и сейчас родить ребёнка?

- Это же позор для всего ведомства! - продолжал вещать Феррант, отчаянно жестикулируя. - Вам самим не стыдно?
- Нам очень стыдно, - старательно краснея, признала я. - А…по какому именно поводу?

– Он снова попытается сосватать мне свою старшую племянницу.
– Ну и что? – беззаботно пожал плечами Родриг. – Может, в маскарадном костюме она тебе понравится.
– Только если переоденется в бутылку бренди, – отрезал Раймонд.