Всё зависит от той стороны, с которой кто смотрит на вещь.

"Да если проезжающий чиновник будет спрашивать службу, довольны ли, чтоб отвечали «Всем довольны, Ваше Благородие!» А который будет недоволен, то ему после дам такого неудовольствия!.."

Подколесин. Что за шутки вздумал? До сих пор не могу очнуться от испуга. И зеркало вон разбил. Ведь это вещь не даровая: в английском магазине куплено.
Кочкарев. Ну полно: я сыщу тебе другое зеркало.
Подколесин. Да, сыщешь. Знаю я эти другие зеркала. Целым десятком кажет старее, и рожа выходит косяком.

лекарств дорогих мы не употребляем. Человек простой: если умрет, то и так умрет; если выздоровеет, то и так выздоровеет

я хотел было уже просить генерала, чтобы позволил называться мне Яичницын, да свои отговорили: говорят, будет похоже на «собачий сын»

Анна Андреевна. Кто ж это идёт?
Марья Антоновна. Это Добчинский, маменька.
Анна Андреевна. Какой Добчинский? Тебе всегда вдруг вообразится этакое... Совсем не Добчинский.
Марья Антоновна. Право, маменька, Добчинский.
Анна Андреевна. Ну вот, нарочно, чтобы только поспорить. Говорят тебе - не Добчинский.
Марья Антоновна. Видите, что Добчинский.
Анна Андреевна. Ну да, Добчинский, теперь я вижу: из чего же ты споришь?

Такой глупый: до тех пор, пока не войдет в комнату, ничего не расскажет!

«Конечно, прилгнул немного; да ведь не прилгнувши не говорится никакая речь»

Послушай, Феклуша, как же это, если я выйду за него замуж и вдруг буду называться Агафья Тихоновна Яичница? Бог знает что такое!

Большому кораблю- большое плаванье

Брак это есть такое дело... Это не то, что взял извозчика, да и поехал куды-нибудь, это обязанность совершенно другого рода, это обязанность... Теперь вот только мне времени нет, а после я расскажу тебе, что это за обязанность.

Еще если бы в двери выбежал — ино дело, а уж коли жених да шмыгнул в окно — уж тут, просто мое почтение!

Х л е с т а к о в. ... С пламенем в груди прошу руки вашей.
А н н а А н д р е е в н а. Но позвольте заметить: я в некотором роде... я замужем.
Х л е с т а к о в. Это ничего! Для любви нет различия; и Карамзин сказал: "Законы осуждают". Мы удалимся под сень струй... Руки вашей, руки прошу!

Анна Андреевна. Да вам-то чего бояться? ведь вы не служите.
Добчинский. Да так, знаете, когда вельможа говорит, чувствуешь страх.

Да благословит вас Бог, а я не виноват.

По заслугам и честь.

Грешки грешкам рознь.

Хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь.

Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятное известие. К нам едет ревизор.