Чистый восторг
Книга потрясающая. Давно не получал такого удовольствия от книги в целом. И от текста, и от иллюстративного материала, и от качества издания.
Блестящий художник Конашевич, чьи иллюстрации к детским книгам знакомы всем, кто рос в послевоенном СССР, оказался еще и замечательным писателем. Написано очень легко, при этом в тексте уйма микросюжетов и ярких деталей, которые запоминаются и долго не отпускают. Текст воздействует и на зрение, и на осязание, и на слух, и даже на обоняние. Там и запахи, и звуки, и тактильные ощущения от описанных Конашевичем вещей.
Отдельный сюжет книги — взаимодействие нескольких временных пластов. Книга писалась в блокадном Ленинграде. При этом описывается в ней счастливое дореволюционное детство и отрочество. Например, уютные детские игры с пятилетней сестрой. Поверить, что это пишет голодный, пожилой и не очень здоровый человек просто невозможно. Об этом забываешь уже через несколько страниц. А потом вдруг в текст ненадолго прорывается блокада и упоминание о том, что та самая сестра умерла в Ленинграде в феврале 42-го, а вот дочь и зять, которые к исходу первой, самой страшной, блокадной зимы уже не вставали, чудом выжили.
Отдельный пласт — иллюстрации, которые были знакомы каждому ребенку в СССР.
В книге их очень много. Причем, в таком качестве, в каком я никогда их не видел — все-таки в старых книжках полиграфии подобного уровня не было и быть не могло. И вот тут уже вспоминаешь свое детство в СССР конца 1970-х. При этом читаешь про детство мальчика, родившегося в 1888 году, и понимаешь, что детское восприятие мира не слишком сильно зависит от времени и от века. Разве что от обстоятельств, а они для детей в брежневском СССР и для детей круга семьи Конашевича в царской России были относительно благополучными.
18 понравилось
