К нам едет инквизитор

– Что, опять? Мы, кажется, уже решили, что со мной не нужно спорить.
– Когда это мы так решили?
– Если еще не решили, можем решить прямо сейчас.

Водитель стоящей рядом маршрутки поприветствовал ее, отсалютовав своим стаканом. В одной руке он держал кофе, в другой пирожок, в третьей мобильник, четвертой и пятой пересчитывал деньги, а шестой держался за руль. Правда, видеть все руки этих существ могли только ведьмы, для простых смертных водители маршруток были такими же людьми. Хотя порой и смертные что-то подозревали.

Спорить она не собиралась. Она вообще не любила спорить. Зачем, если можно молча делать по-своему?

Каждому нужно, чтобы в свободное время он мог сделать паузу и обрушить парочку домов. Это очень успокаивает.

У ведьм, конечно, существовало зелье невидимости, но у него, как и у всех зелий, был огромный недостаток: его требовалось варить. А готовить Кристина ненавидела. Да и кто знал, что оно понадобится! Хорошо хоть его можно было заготовить впрок. Оно неплохо хранилось. А если добавить в рецепт водки, то срок хранения увеличивался втрое. Да и приём такого зелья становился куда увлекательнее.

Люди придумали сотни способов убивать друг друга, но даже маги не знали ни одного способа, чтобы оживить.

Вокруг все рушилось, осыпалось, скрежетало и грохотало. Кристину охватило нечто вроде эйфории. В разрушении было какое-то странное наслаждение. И хотелось разрушать снова и снова, с удовольствием наблюдая, как обваливаются целые дома. Она даже пожалела, что такая возможность выпадает редко. Каждому нужно, чтобы в свободное время он мог сделать паузу и обрушить парочку домов. Это очень успокаивает.

– А давай пойдем в поход! Правда, у нас здесь особо некуда, но в какой-то паре тысяч километров есть горы!

Да, я живу в музее, – произнесла она спокойно, но с каким-то почти отчаянным напором. – Потому что это не музей. Это машина, которая регулирует резкость мира. Ты фотоаппарат в руках когда-нибудь держала? Или бинокль? Знаешь, как подкручивается резкость? Наша жизнь по умолчанию выставлена на стопроцентную резкость. А этот прибор помогает ее снизить. Когда резкость снижена, многое становится проще.

— Ведьмы, – выдохнул Лещинский, тыкая пальцем в дисплей. Хоть он и не смотрел на нее, но Кристина с достоинством выпрямилась в кресле. Конечно, ведьмы! Ведьма – это звучит гордо!