Делай деньги!

Stand still and your mistakes catch up with you!

Ему необходим опьяняющий дух опасности, чтобы сделать свою жизнь стоящей того, чтобы быть прожитой.

-- Не хотите же вы сказать, что они построили пятидесятифутового голема-убийцу?
-- Только человек может такое придумать.
-- Это наша работа, -- сказал Мойст. -- Если вы не придумаете пятидесятифутового голема-убийцу, то его придумает кто-то другой.

Гром утих, но дождь лил так, как будто у него вся ночь была впереди

Я думал, жизнь банкира — это прибыльная скука, подчеркнутая большими сигарами. Вместо этого она обернулась альтернативно нормальной.

С точки невозврата открывается великолепный вид

― Я – Игорь, гофподин. Мы не задавайт вопрофов.
― Правда? Почему?
― Не знаю, гофподин. Не фпрашивал.

...будь благослонен к причудам ближних в надежде на то, что и к тебе отнесутся точно также.

Его могут потратить триста раз, а он - вот оно самое интересное - так и останется одним пенни, готовым уйти в оборот снова и снова.  Это вам не яблоко, которое вскоре испортится. Его ценность стабильна и непоколебима. Его нельзя поглотить.

На самом деле нужно позволить человеку самому потянуться за пряником и подождать, пока он схватится за кнут.

... взгляд говорит: "Что хочу, то и делаю, потому что я старая. Питаю слабость к шельмецам. "

– А разве бывают люди, у которых есть большой опыт самоубийств?

– Да, госпожа Макалариат, – произнес он в отчаянии. – Что я могу…
– Господин Агги сказал, что Почтамт больше никогда не восстановят! Он сказал, лорд Витинари не даст денег! О, господин фон Липвиг! Я всю жизнь мечтала работать за прилавком Почтамта! Моя бабушка всему меня обучила, нас даже кормили лимонами, чтобы натренировать выражение лица! Я и дочку свою всему научила, у нее такой голос, что краска со стен слезает! О, господин фон Липвиг!

И, нельзя не признать, временами сосиска в тесте от Достабля была именно тем, что нужно. Печально, но факт. У всех бывали такие моменты. Когда жизнь наносит такой удар, что на несколько критически важных мгновений сочетание странных жиров и сомнительных текстур оказывается твоим единственным другом на всем белом свете.

Зубы пытались ему что - то сказать, но он никогда не слушал. Можно и умом повредится, если слушать, что тебе зубы говорят.

"Как было бы славно, -думал он, взбегая по ступенькам, - если бы его светлость придерживался мнения, что встречи назначаются по обоюдному согласию". С другой стороны, патриций же был тираном. Им тоже нужно как-то развлекаться.

Что вообще-то забавно: если у тебя разбойник-отец, ты будешь держать рот на замке, но пират и рабовладелец твой прапрапрадед - это предмет гордости и похвальбы за стаканом портвейна. Время обращало душегубов в негодяев, а негодяй - слово с огоньком и вовсе не повод для стыда.

Мне нравится тусклость, сэр. Она ничего не ждет от меня.