The Sandman. Песочный человек. Увертюра

Вот я и закончила читать Сэндмена со всеми его вбоквелами (по крайней мере изданными на русском) - можно начинать перечитывать. По крайней мере, автор именно это и предлагает сделать по окончании Увертюры. Но я-то приобщилась к циклу совсем недавно, а не с момента его выхода в 90х, так что пока повременю.
Начинаются события тома в 1915 году - за год до пленения Морфея, с освобождения которого из этого плена и начинается основной цикл. Оказывается, Сон и в плен-то попал, потому что был крайне утомлен спасением мира от полного и тотального пушистого полярного лиса. Спустя столько лет после создания основного цикла художник у данного тома совершенно другой и Морфей сменил привычный облик. С другой стороны, это логично, ведь и Гейман, с которого облик был списан, постарел. С третьей стороны, читатели смогут полюбоваться в Увертюрах таким количеством разнообразных Снов, что глаза разбегаются. В том числе одним прекрасным Сном в виде кота (или кошки).
Ещё в этой книге произойдёт знакомство с родителями Вечных и они такие... такие, что слов нет, в том числе от восторга работой художника, изобразившего их. Вообще, я в этот раз почти на 100% довольна художественной частью. Нет, местами всё ещё некрасиво, а однажды рука героя напомнила работы нейросетей, которые с пальцами людей явно в особенных отношениях находятся. Но всё равно, как же очешуительно мозговыносяще нарисован этот том! Нужен конвертер четвертого измерения для того, чтобы втиснуть его на полку, потому что я совершенно точно оставляю его себе.
Кроме собственно комикса, четверть объема книги занимают дополнительные материалы, включающие не только примечания и биографии создателей, но также их рассказы о их работе над комиксом и интервью с ними.

Пожалуй, теперь я понимаю, что история Сэндмена просто опередила своё время. Меня настолько пугала и отталкивала художественная составляющая истории, насколько притягивала и завораживала повествовательная часть. Фантазия Геймана не знала границ и не могла быть запечатлена в бумаге без потерь. Но новое время, новые технологии и художественные средства смогли сделать почти невозможное -в этот раз художник уделал автора! Я перечитывал страницы комикса не по разу просто потому, что терял нить истории, когда засматривался на работу художника. Лишь в самом конце получилось собраться и сложить части пазла в единую композицию. Так что Гейман тоже хорош, впрочем, как и всегда. Но работа художника просто потрясла меня. Это была бы идеальная нота для завершения моего знакомства с Сэндменом, но впереди у меня ещё 2 отдельных тома и сериал. Но это пока лишь в отдалённо будущем, а пока можно и поподробнее посмаковать эту историю.
В этот раз я читал Сэндмена исключительно с удовольствием. Помимо калейдоскопа красок и образов перед нами расстилается история Сна и его сестёр, братьев и даже родителей. Нам покажут удивительное приключение и скитаниями Сна по мирам, покажут его разные ипостаси, вспомнят его былую ошибку, которая уже один раз чуть не сгубила Вселенную. И после всего этого замеса обессиленный, но полный желания восстановить порядок Сэндмен окажется в ловушке. И я вместе с ним! Поскольку я вдруг осознал, что у меня появилось желание перечитать всю серию заново!
Просто этот том действительно хорош. И даже больше - великолепен! Помимо ярких и красивых цветов истории, внятных и читабельных реплик персонажей, в нём присутствует изящество и лёгкое безумие всего повествования. Будь то чтение по спирали, безумный калейдоскоп красок и образов, либо просто собрание ипостасей Сна в одном месте. И лишь одно стоит сказать наверняка - не стоит читать этот том первым. Никогда и ни за что! Ведь это финальный мазок во всей истории, а не первая проба пера. Да и, элементарно, после этой феерии красок и чётких линий изначальная история может показаться нечитабельной.

Возвращение Сэндмена — это такой "Мэд Макс" от комиксов, такой же визуально безупречный, такой же сюжетно полупустой, но насыщенный стилем и по-простому ностальгически хороший. Только если Безумного Макса, кажется, будут продолжать и дальше, то "Увертюра" — это настоящее, немного грустное и красивое прощание с серией спустя 25 лет.

Гейман написал 75 номеров оригинального комикса, отдельные истории про Смерть, сборники Endless Nights, Dream Hunters и по-моему что-то еще, но, как оказалось, высказался еще не до конца. В "Увертюре" он решил рассказать, почему же в самом первом номере "Сэндмена" Морфей так глупо попался в ловушку, устроенную двумя неопытными оккультистами. Король Снов, самый могущественный из семьи Вечных был не на шутку измотан, и мы наконец-то узнаем, почему. Оказалось, что по его вине одна звезда потеряла рассудок и заразила безумием Вселенную, подвергнув смертельной опасности все сущее. Безумная звезда — как это по-пратчеттовски... Морфею предстоит исправить свою давнюю ошибку и попутно рассказать нам несколько историй о новых героях и уже знакомых персонажах, разъяснит некоторые темные пятна, которые остались непроясненными в оригинальном комиксе — если что-то вообще может быть предельно ясным в этом мире снов. Ох уж этот мрачный и знакомый звездноглазый сказочник с мешком сонной пыльцы, так похожий на самого Геймана...

В "Увертюре" сразу бросается в глаза то, что Гейману уже не 25. Старый "Песочный человек" был дерзким, угловатым, наглым, с глазами в густой фиолетовой подводке. Первое время — даже привязанным к Вселенной DC. Ха. Новый, конечно же, мудрее, снисходительнее; все еще высокомерный, но больше не воинственный. Менее обиженный, но все такой же сомневающийся. Сама история ритмом и рифмами похожа больше на полусказочную и противоречивую "Звездную пыль". Что-то еще в ней проскальзывает от притчи о Ноевом ковчеге; какое-то принятие неизбежности, усталость от попыток осознать бесконечное. Это уже не дерзкий ход— Смерть в облике задорной девчонки; это что-то другое. Слишком просто для традиционной прозы, безумно красиво для комикса.

Красиво, пф. Художник "Увертюры" Уильямс-третий заслуживает куда более громких слов, чем "красиво", он же совершенно неподражаем. Это человек, который мыслит горизонтальными разворотами не на традиционные две, а на четыре страницы (моя книга в двух местах сложена гармошкой). В интервью он даже просит прощения у тех, кто будет пытаться читать книгу в электронном формате, потому что это местами невозможно. В книге есть разворот-рот и разворот-рука, и сто тысяч новых миров и сто тысяч разных снов, сто тысяч Морфеев, антропоморфные Время и Ночь. А начинается она сном хищного цветка с иной планеты. По-моему, такого еще не было. Невероятный, невероятный.

На самом деле, увертюру к "Песочному человеку" играет проверенный временем, надежный и профессиональный ансамбль. Колористы проделали совершенно потрясающую работу, создав бесконечно извергающийся вулкан цвета. С ними и неизменный шрифтовик Тодд Кляйн, который сто лет назад придумал, что реплики Морфея будут возникать белыми буквами внутри черной кляксы. С какой любовью он рассказывает в интервью о своей, может быть, не самой увлекательной для посторонних работе!

И Дэйв МакКин, мой дорогой мимокрокодил, нарисовал-таки к каждому номеру по одному своему безумному коллажу, как в старые добрые времена.

Я очень благодарна редакторам и составителям за добавленные в конец книги интервью с ее создателями. Это, конечно, абсолютно не ново, но именно интервью помогают осознать, что "Увертюра" — не безумный сон, а огромная работа, проделанная великолепной командой. Осознавать это нужно, очень нужно, потому что я до сих пор не до конца верю, что Уильямс — всего один человек (возможно, приписка III после имени означает что-то другое?)

Изначально книга должна была называться "Sandman 0", и замечательно, что от этой идеи отказались. Потому что это как минимум Sandman ∞. Увертюра отлично перекликается с последующими "Прелюдиями" и, как и подобает увертюре, является насыщенным вступлением, очень крепко связанным с последующими событиями оригинального комикса. Я бы совершенно точно не посоветовала начинать знакомство с Сэндменом с "Увертюры". Потому что после нее не получится избежать разочарования от работы других художников — хотя над "Песочным человеком" за семь лет поработали художники всех мастей и на любой вкус. Потому что — оригинальная на самом деле — история "Увертюры" настолько (почти что) перегружена знакомыми персонажами и отсылками к уже знакомым историям, что половина смысла ускользнет от новичка. Потому что на самом деле это одновременно и увертюра, и кода, и реприза, счастливый конец и заманчивое начало; потому что у снов не бывает границ, начала и конца.

Я очень рада, что увертюра существует. Что я снова повидалась с печальным Сэндменом и меланхоличным Даниэлем, с вечно занятой Смертью и цветастой моей, неуловимой моей, страшной моей любимицей Делирий. Для визуала (ненавижу этот ярлык, но несу его со смирением) эта книга, безусловно, событие и праздник. Она приносит даже тактильную радость этой своей шершавой матовой суперобложкой и обычной обложкой, гладкой и глянцевой, как лаковая шкатулка. Я почти не хвалила Геймана в этой рецензии, потому что мне нельзя, но я очень благодарна ему за Песочного человека и за свободу, которую он дарил художникам и читателям. Мне нравится, что можно проследить путь его взросления от молодого и дерзкого писателя, который только-только переехал в Америку поближе к комиксам, до подобревшего сказочника с проседью, бесконечного и стареющего одновременно.

Психоделический вихрь из самооправданий и покаяний в последнем аккорде «The Sandman. Песочный человек. Увертюра» Нила Геймана по сюжету тяготеет к фансервису, а по работе художника Дж. Г. Уильямса III к одному из лучших графических романов в массовой культуре.

Известно, что Нил Гейман – блестящий сценарист. Три четверти того визуального пиршества, которое происходило в саге о Песочном человеке, его идеи и проработка. Как и Уильямсу, художникам оставалось только найти адекватную форму для буйной, компульсивной фантазии писателя. И Уильямс вместе с колористом Дэйвом Стюартом оказались непревзойденными.

Новая история о Сне – это собранные в пучок темы и мотивы всей эпопеи. Морфею предстоит исправить собственную ошибку, приведшую к гибели вселенной (это самоповтор арки «Милостивых», когда Сон должен искупить свой грех за то, что не смог достойно проводить в загробный мир своего сына Орфея; и отсылка к истории Розы Уокер из «Кукольного домика», где впервые Гейман придумал угрозу вихря). На это он бросает все силы, практически растворяясь в мироздании, перезапуская его. И, обессиленный, попадает в плен к эзотерикам. С этого плена начинается первый выпуск. С одной, стороны, довольно наивное и плоское объяснение того, как могучий властелин грез смог попасть в лапы недоучек. С другой, важен не сюжет как таковой, а поэтическое безумное блуждание по мирам, отрицающее рациональность.

Гейман разворачивает тессеракт, приглашая на одну страницу десятки аспектов Сна. Читатели узнают, что обличья Морфея, которые тот принимал на протяжении всех прежних историй, это не одна личность, а множество. Но в то же время Сон из рода Вечных может быть только один в одной точке пространства-времени. Но когда вселенная поломалась, он увидел сам себя и даже смог поговорить сам с собой. Встретился Сон и с родителями – Временем и Ночью. Античная мифологическая основа, однако, интерпретируется исключительно авторским способом. Все эти архаические обрывки имеют удивительное свойство. Ты чувствуешь, что многообразие культурологического знания – это лишь сновидения, отзвуки и отклики, которые только в мире Геймана обретают крепкие связи и логичное устройство.

Глобальный сюжет, перемещающий читателя свободно между временами и измерениями (всё начинается после последнего выпуска основной серии, а заканчивается перед первым), теряется за репликами, поминутно ставящими вопросы о состоятельности гуманизма, чувствах и ответственности перед созиданием и разрушением. Повествование распадается на отдельные сцены, и квест героев с порой довольно шокирующими откровениями, сводится лишь к переживанию мига. При этом Гейман отлично чувствует жанр, саспенса в нехитрых коллизиях довольно. Его фирменная ирония пробивается сквозь трагизм и безысходность, которую писатель сам же и выстраивает безоглядно.

Но главные рычаги впечатлений все же в руках художников. Дж. Г. Уильямс собрал практически всё, что породила культура модерна. Он безгранично стилизует в одном пространстве, выстраивая контрасты, диссонансы и гармонии. Без преувеличения каждую страницу можно долго анализировать на предмет выбора рисовки, композиции, цветового решения. Очень много игры с расположением изображений. Читателю будто вручают разнообразные оптические приборы или насильно засовывают в голову персонажей. Не ребусы и хвастовство мастерством, а единственно возможный постмодернистский язык, обладающий своей органикой.

Психоделическая реализация невозможного восхищает, пугает, смущает. Страница не просто двигает сюжет, а созидает из атомов фантазии новую локацию. Уильямс может передать и физическое пространство со зданиями, пейзажами, и изобразить метафизическую ситуацию во тьме или буйстве разноцветья. Даже в страшных, натуралистических сценах есть ощущение текучести, полета, плавных изгибов, пойманных в непрерывном движении. Еще одна потрясающая находка – это местами отказ от линейности кадров. Действия и реплики на страницах находятся будто в случайном порядке, позволяющем прочитать их прочитать в любой последовательности без нарушения понимания общего смысла.

Один из объединяющих приемов – маленькие квадратики, будто мозаика, оттеняющая изменчивые фигуры. Абстракция, которую так любит Дэйв Маккин, в обложках, при всей разности с Уильямсом, в этой истории удивительно соединяет разных художников в одну сюиту.

С «Увертюрой» Гейман попал в ловушку и сам же из нее выбрался. Хаос и вседозволенность The Sandman могли бы длить эти истории без конца и края. Но писатель сам же убил и воскресил героя, а этой фантазией и закольцевал вселенную, сделав ее экспансию практически невозможной.

Должна отметить, что из всего цикла это самая приятная рисовка. За исключением одного персонажа – Морфея. Я скучаю по нашему миленькому Владыке царства снов. Здесь он, все же достаточно готичненький и холодный.
Но, спасибо художникам за внешний вид всего остального и за то, что больше не разъедают глаза шрифтами. Это очень заботливо и человечно с их стороны.
А вот сценарий на этот раз не совсем не очень. Все повествование настолько идет обрывками и фрагментами (нам даже художники все страницы длят на осколки границами), что создается ощущение, что Гейман швыряет мне в лоб детальки давно сложенного пазла очень больно и прямо в лоб. И обидно, и не сразу понятно.
В итоге это оказывается эдаким «Я не договорила» от автора. Нам уточняют что произошло прямо перед первым томом цикла, дополняют общую картинку личности Сна и его семьи. В целом, я считаю, что и без «Увертюры» цикл ничего не терял. Кроме того, что нам наглядно продемонстрировали, что рисовка могла быть и адекватной.

У меня странные отношения с циклом. Я прочитала первый том, остановилась, и начала читать все истории, которые не входят в основной десятитомник. Наверное это неправильно, я не могу понять все отсылки, все приятные мелочи, скрытые на страницах. Но у меня сложные отношения со стилем рисунка, несмотря на то, что сама история мне очень нравится.
Это история о том, что произошло накануне пленения Морфея. Что было между уходом Сна от Коринфянина и прибытия в круг ловушку. Потому что путь оказался длиннее ожидаемого.
Это возможность для поклонников цикла, еще раз побродить по царству Морфея со знакомыми лицами. Или посмотреть на него с другой точки зрения. Или узнать больше о его семье. Хотя больше - это сильно сказано. В итоге сколько не было бы сказано - этого всегда мало. Хотя увидеть существ породивших Смерть, Судьбу и других - было любопытно как минимум. Как и понять, что такая семья не слишком благополучна.
В увесистом томике, помимо самого комикса есть еще и куча дополнительных материалов, артов, интервью, хронология цикла, даже обширный плейлист Уильямса во время работы. Хотя на вопрос, а что играет на IPod у Сэндмена Гейман ответил - музыка сфер.
Комикс оставил после себя атмосферу тягучих размышлений, может даже легкую меланхолию. И желание все же пройти весь путь и узнать, что же ждало Морфея после первого тома.

Любите ли вы Геймана как люблю его я? Сомневаюсь. Уже не первый раз пою песню любви, к разным жанрам, сериям, книгам, но всегда с большим уважением.

Вдогонку я понимаю, что обзавелась целой стопкой графических романов (преимущественно 18+), в том числе творчества Алана Мура и Нила Геймана.

Я уже писала рецензию на первый том «Песочного человека», изрядно восторгаясь и немного самой себя стесняясь от избытка чувств. Не переживайте, я уже преодолела основную волну охов и ахов, но всё ещё не прочитала церию целиком, как и все книги автора (как-то надо себя мотивировать «котик, не переживай ещё одна трэшанина, а потом сладенькое»).

Как мы помним (или нет), серия писалась 25 лет, а потому некоторые идеи менялись, преображались, взрослел писатель, менялся стиль рисовки (а как считаю, рисовка важна для комикса*).

Приступим же к «Увертюре».

Автор говорит «эту историю надо читать после всех основных историй, чтобы переосмыслить и начать знакомиться заново» (как и другие спин-оффы или как сейчас есть смешное слово «вбоквелы»), но раз уж я пошла по сложному маршруту, то вам придётся читать что есть.

К сюжету.
В первом томе говорится, что людям удалось пленить ГГ лишь потому, что он был слаб после великой битвы, из которой вышел победителем. Соответственно, в «Увертюре» раскрываются события великой битвы.

Сон (из рода Вечных) встречает бесконечное (как и количество миров) копий себя и на общем совете узнаёт, что давняя слабость Морфея грозит гибелью миру. Он отправляется исправлять свои ошибки в компании с котом-Сном и девочкой. Путь лежит через город звёзд (и тут как-то собой выстроилась аналогия с Терри Пратчетт - Безумная звезда ), встречу и родителями и некоторыми другими Вечными на «С» (в оригинальной версии все они на «D» Dream – Сон, Death – Смерть и тд).

В какой-то степени эта арка акт прощания и эпилога, но ещё и повод перечитать всё, переосмыслить. Ощущение, что нашёл страницы детектива с мотивацией преступника, которые выпали до того, как дочитал финал.

Между строк можно найти размышления о деструктивных семьях и манипулятивных отношениях внутри микросообщества (семь братьев и сестёр, два сложных родителя, куча ответственности – что может пойти не так?).

Содержание:
Кроме самой истории, есть вступление от Геймана, биографии и примечания, но самая мякотка – музыка, под которую работали создатели.

Отдельно надо отметить рисовку и компановку.
Если с раскадровкой всё понятно и прекрасно (на одном кадре может быть ещё десяток других), то к рисовке надо привыкнуть. Она сложная и многогранная, как и сам сон, сейчас это мелкие рисунки, а через два разворота уже кислотная фантазия торчка**.
Видно, что проведена большая работа, не просто «мы расскажем историю», а «создадим целый мир, где будет весело и сложно, удачи!».

Я хочу передать большой поклон не только тем, кто придумал, нарисовал, но и тем, кто это перевёл, адаптировал и издал. "Здоровья, жениха хорошего и любовника богатого" (как любят говорить мои друзья).

Подводя итог.
Книга не должна читаться «до» основных 10 книг, можно «после», но точно не «вместо». Книга для тех, кому нравится подобный жанр и авторы, точно не для знакомства с создателями, читается легко, думается потом много.

*я спросила у гугла «чем комикс отличается от графического романа, первый же ответ меня устроил:
Под комиксами обычно понимают историю-многотомник, которая разворачивается, как сериал, – на протяжении нескольких выпусков. В графическом романе сюжет показан «от» и «до». Прочитать завязку и узнать, чем дело кончится, можно за один присест – не ожидая следующего, а потом ещё одного, и ещё одного тома.
** употребление наркотиков и других психоделических средств вредит вашему здоровью (физическому и ментальному).

Вроде как действие этого произведения происходит до начала основной серии - у меня был даже соблазн прочитать его первым. Конечно же, делать этого категорически нельзя - читать это надо в самую последнюю очередь, когда история Песочного человека закончилась.
Здесь другой художник, и такой, что жутко увлекается многоцветием. Эдакий ЛСД-приход на каждой страничке. Довольно приятно - мне такое нравится. По мне так всю серию можно было бы так нарисовать. Но подозреваю, что для любителей серии о монохромном герое это может показаться отвратительным.
Интересно узнать ещё немного деталей о семье Бесконечных. В какой-то степени как Джоан Роулинг, которая на сайте Pottermore изредка выпускает факты о любимых миллионами героях.