The Citadel

Круг ее интересов был ограничен. Но круг ее родственников — неограничен, и говорила она главным образом о них.

Он подводил итоги своей неправедной жизни.

Он вступил на ту головокружительную дорогу, которой проходят миллионы людей, и каждый считает себя единственным, на избитую дорогу восторгов, всем предопределенную, вечно благословенную.

Только ради безумств и стоит жить.

- Я... я не знаю, как вас и благодарить.

• Так и не благодарите. И не будьте слишком вежливы. Вы мне больше нравитесь, когда у вас такой вид, как будто вы сейчас начнете швырять в людей чем попало.

Старое и новое. Луна и прожекторы. Это наш век.

Он не задумывался над тем, что этой растущей, как снежный ком, практике среди "высшего круга" положила начало толстая немка-лавочница, продававшая за прилавком ветчину и говядину по соседству с вульгарным рынком Массельбург.

Он не мог забыть, как Гарри Видлер сам, без чьей-либо помощи, подошёл к столу. "Как всё это закончится, я сразу поправлюсь". А потом, десять минут спустя,  он лежал, как мешок, на носилках, искалеченный, убитый рукой мясника.

Если врач зарабатывает пять тысяч фунтов в год,значит с ним неблагополучно. И как..как можно использовать для наживы человеческие страдания?

Как Эндрю теперь полюбил деньги! Его работа в больнице Виктории, видимо, больше не имела для него значения. Его снедала жажда материального успеха.

<<Забудь о деньгах и о положении в обществе и обо всяких таких вещах, научись ценить в людях то,что в них ценно.>>

У Мэнсона была бурная натура, склонная к исключительной напряжённости переживаний. Вероятно, он унаследовал её от матери, уроженки горной Шотландии, которая на своей Родине, в Аллапуле, в детстве наблюдала, как северное сияние мечется по седому небу.

"Вы сделали мне величайший комплимент в моей жизни - именно потому, что сделали его нечаянно."

"Он понимал, что стоит на краю какого-то крутого, глубокого обрыва. Знал, что, раз сорвавшись в эту пропасть, уже из неё не выберется. "

"Франсиз словно не слышала его и с ключом в руке поднялась по каменным ступеням. Он покорно шел за ней, а перед глазами у него мелькнуло и рассеялось видение - фигура Кристин, идущей по рынку со своей старой плетеной корзинкой в руке."