Tormirinne

Чем сложнее и современнее устройство, тем больше вероятность того, что в нём что-то испортится при моём приближении. Копировальную машину я могу угробить за пятьдесят шагов.

Возможно, мои манеры устарели, но я придерживаюсь старых взглядов. Я считаю, что мужчины должны относиться к женщинам не просто как к человеческим особям, уступающим им ростом и силой, но зато с бюстом. Если не согласны, можете попробовать меня переубедить. Мне доставляет удовольствие обращаться с женщиной как с леди, открывать перед ней дверь, платить за разделённый со мною обед, дарить цветы — и т.д., и т.п.

У крови свой, особенный запах — чуть липкий, почти металлический — и запах этот ударил в нос, стоило дверям отвориться.

Я еще раз перебрал в уме хитроумные штучки, которыми я могу склонить ситуацию в свою пользу: галлюцинации, временные помехи с электричеством или водоснабжением, внезапное нашествие крыс или тараканов... Я запросто мог бы устроить любую из них.

Я дочитал роман в бумажной обложке и бросил его в ящик с надписью «ВЫПОЛНЕНО». В картонной коробке рядом с моим столом валялась целая куча читанных и выброшенных книжек с мятыми страницами и погнутыми корешками. Я жить не могу без книг. Я как раз созерцал груду непрочтенных книг, раздумывая, какую бы взять следующей, с учетом того, что делать все равно нечего,

В общем, быть готовым к неприятностям вовсе не означает эти неприятности провоцировать.

Детки. Их нельзя не любить. Я так просто обожаю. Капельку соли, выжать лимон – пальчики оближешь

Дверь машины никто, вроде, не блокировал. Ремнем безопасности я тоже не пристегивался — на случай, если придется распахивать дверь и выпрыгивать. Видите, насколько я предусмотрителен? Вот что значит интеллект чародея — ну, и паранойя тоже.

Меня тоже трясло. Заглядывание в чужую душу никогда не дается легко, и приятным это занятие тоже никак не назовешь.

Самая лучшая магия всегда истекает из людей. Порой это всего лишь чисто мысленное усилие, голая воля. Порой это чувства или эмоции. Все это вполне подходит в качестве топлива, чтобы разжечь, так сказать, магический огонь.

Сильные выживают, а слабых пожирают.

Как бы ни смердел мегаполис, свежий и чистый аромат осени ему не похоронить.

— Текила? — недоверчиво переспросил я. — Ты в этом уверен? Мне-то казалось, что основой приворотного зелья должно служить шампанское.

— Шампанское, текила — какая разница? Главное, чтобы это понижало уровень ее сопротивляемости, ...

Правда, надо заметить, Санта — фэйри значительно крупнее и сильнее Тука, и потом, его истинного имени я все равно не знаю. От меня не дождешься, чтобы я заманивал в магический круг Санту. Я вообще сомневаюсь, чтобы у кого-то хватило пороху на такое.

Черт, да ведь чародеев раньше называли ведунами — от слова «ведать», то есть «знать». Мы понимаем вещи. Мы не сильнее и быстрее любого другого. Мы даже не обязательно умнее. Но мы пронырливы как черт-те знает что, и если у нас есть возможность подготовиться, мы способны делать достаточно впечатляющие штуки.

— А что, разве фэйри любят пиццу?

— Ну, Гарри, — поразился на этот раз Тук. — Ты что, сам пиццы никогда не пробовал?

— Разумеется, пробовал, — ответил я.

Тук принял уязвленный вид.

Глаза его имели тот оттенок зеленого цвета, который приобретают от долгого употребления долларовые купюры.

Как чертовски типично: пережить всё, что заготовили для тебя плохие парни, и погибнуть от руки тех, за чьё дело сражался...

Женщины по части ненависти дадут сто очков вперед любому мужчине. Они умеют лучше фокусировать ее, лучше излучать. Черт, да ведь ведьмы куда злобнее колдунов.