Цитаты из книги Oodates Bojangles’it

— Если вы хотите чем-нибудь занять себя, у меня есть кое-какие соображения…
— Ах, да знаю я ваши мерзкие соображения: вы намерены заставить меня работать! Но ведь я вам уже говорила, что однажды сделала такую попытку. Как сейчас помню — это было в четверг утром.

И наконец, в тот момент, когда макушка солнца скрывалась за вершиной горы, раздавался "Мистер Божанглз", он возникал в мягком теплом голосе Нины Симон и отзвуках её пианино. Это был так чудесно, что все молчали и только глядели ...

... He jumped so high, he jumped so high, then he lightly touched down...

Итак, достаточно было одной вечеринки и одного танца, чтобы эта безумная, увенчанная перьями женщина пробудила во мне безумную любовь, заставив разделить с ней её безумие.

Трижды в неделю мы принимали особого гостя — Сенатора. Сенатор приезжал из своего центрального департамента, чтобы позаседать в своем дворце. Папа нежно величал его Мусором.

Они вспоминали одно только весёлое и смеялись, да и я смеялся вместе с ними, потому что очень уж тяжко все время рыдать и страдать.

Её эксцентричность заполнила всю мою жизнь, внедрилась в каждый уголок, заполонила весь часовой циферблат, пожирая каждую его секунду. Я принял это безумие с распростёртыми объятиями, а потом сомкнул их, чтобы надёжнее удержать её и пропитаться насквозь этим с виду невинным безрассудством.

"Никогда еще я не видел, чтобы они так танцевали. Словно они делали это в первый раз. И в последний. Это проходило на молитву без слов, на языке жестов; это было и начало, и конец всего."

Войдя в кабинет и увидев озабоченное лицо врача, она ему заявила: — Послушайте, старина, я не знаю, кто из нас двоих лучше себя чувствует, но если у вас есть свободное время, я бы вам посоветовала сходить к врачу! Потому что, занимаясь душевнобольными с утра до вечера, вы рискуете и сами свихнуться вконец! Вон даже ваш халат и тот скверно выглядит!

Живые укладывали мертвых в ящики, что бы легче было их навещать.

Его позвали разделить наше горе, но он привез и своё, и в доме стало что-то очень уж много горя.

Проблема нового состояния Мамочки состояла в том, что мы, по словам отца, никогда не знали, «с какой ноги танцевать».

И потом, если платить налоги так уж принято в обществе, что ж, доставьте себе это удовольствие, заплатите их за нас!

Жорж, главное, не забудьте прихватить с собой вашу глупость, мы всегда в ней нуждаемся!

В общем, дома я выворачивал правду на лицевую сторону, а в школе наизнанку, это было довольно сложно для меня, но проще доя всех остальных.

Отец говорил про мать, что она на "ты" со звездами, и мне это казалось странным, потому что ко всем, даже ко мне, она обращалась на "вы".

«вы» — это первый барьер безопасности в жизни, а также знак уважения, которое человек обязан проявлять ко всему человечеству в целом.

Мои родители всегда танцевали, где бы они ни бывали. С друзьями - по ночам, вдвоём - по утрам, а в дневные часы как получится.

Вы совершенно правы, darling, нынешние слуги воображают, будто им все дозволено. Однако Господь, с его тонким пониманием приличий, позаботился о соблюдении социальных различий: Он создал лифт для одних господ, а по лестницам пусть бегает всякий сброд. И не нужно путать божий дар с яичницей.

Папа кричал:
- Полина, где мои спортивные туфли?
И Мамочка отвечала:
- На помойке, Жорж! Там они выглядят лучше, чем на вас!