Двенадцать стульев. Золотой телёнок

Сокровище осталось, оно было сохранено и даже увеличилось. Его можно было потрогать руками, но его нельзя было унести. Оно перешло на службу другим людям.

- Я ничего не утаил. Честное слово! Я могу быть спокоен? Правда?

• Полное спокойствие может дать человеку только страховой полис, - ответил Остап.

"... Деньги мне сам принесет, на блюдечке с голубой каемочкой".

– Вы не в церкви, вас не обманут...

- Автомобиль - не роскошь , а средство передвижения!

– Лев Толстой, – сказал Коля дрожащим голосом, – тоже не ел мяса.
– Да-а, – ответила Лиза, икая от слез, – граф ел спаржу.
– Спаржа – не мясо.
– А когда он писал «Войну и мир», он ел мясо! Ел, ел, ел! И когда «Анну Каренину» писал – лопал! лопал! лопал!
– Да замолчи!..
– Лопал! Лопал! Лопал!
– А когда «Крейцерову сонату» писал – тогда тоже лопал? – ядовито спросил Коля.
– «Крейцерова соната» маленькая. Попробовал бы он написать «Войну и мир», сидя на вегетарианских сосисках?

Он был молод душой и годами, но в его кудрях, как луна в джунглях, светилась лысина.

Все это великолепие разбивалось о маленькую бумажку, прилепленную у входной двери магазина: «Штанов нет».
— Фу, как грубо! — сказал Остап, входя. — Сразу видно, что провинция. Написали бы, как пишут в Москве: «Брюк нет». Прилично и благородно. Граждане довольные расходятся по домам. А тут — «штанов нет».

"Оба шли преувеличенно ровно".

Месье, же не манж па сис жур. Гебен мир зи битте этвас копек ауф дем штюк брод. Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы.

Над городом послышался скрип колеса фортуны.

Смешную фразу надо лелеять, холить, ласково поглаживая по подлежащему.

Еще ни один пешеход не задавил автомобиля, тем не менее недовольны почему-то автомобилисты.

Лицо, не истощенное умственными упражнениями.

Нам нужен социализм.
– Да. Но вы социализму не нужны.

у меня с советской властью возникли за последний год серьезнейшие разногласия. Она хочет строить социализм, а я не хочу

Просто и убедительно, в стиле чемпиона!

Жизнь диктует свои законы, свои жестокие законы

Муза дальних странствий манит человека.