Синий билет

Книга рассказывает историю женщины, которая живет в мире, где существует репродуктивный контроль. Каждая женщина проходит через лотерею, где есть только два варианта: выпал белый билет — женщина обязана рожать детей, выпал синий — свободна. И вот уже на этом этапе в сюжете появляется проблема. Вроде изначально эта вся история — антиутопия, но социальный устрой мало чем отличается от нашей реальности. Нет никаких новых министерств, никто не пытается скрыть правду от населения, женщин не дискриминируют на каждом углу, не отправляют работать на рудники. Кроме репродуктивного контроля нет даже намека на изменение социальной и политической жизни.

Сюжет в книге очень плох. Ко второй главе понимаешь, какой именно финал тебя ждет, к пятой осознаешь, какая это несогласованная история. Местами вообще встречаются вещи, которые противоречат логике. Например, оказывается женщина может спокойно провести себе гинекологическую процедуру плоскогубцами. Самостоятельно! И никаких последствий для здоровья! На то, чтобы понять, что это далеко от истины, достаточно погуглить пару минут. Почему сама авторка или ее редактор этого не сделали для меня большая загадка. И таких нелогичных вещей, которые перепроверяются пятиминутным поиском в интернете, в каждой главе.

В книге нет ни одного интересного персонажа. Практически все второстепенные персонажи не двигают сюжет и не помогают лучше понять главную героиню. Такого большого количества бессмысленных диалогов я не встречала нигде. Даже главная героиня не раскрыта полностью. Поэтому вообще не понятна ее мотивация и такое неуемное стремление достичь своей цели. Авторка просто предлагает принять на веру тот факт, что главная героиня нуждается именно в этом.

Практически в каждой главе женщина, которая родила, противопоставляется женщине, которой запрещено рожать. И во втором случае ждет только пьянство, беспорядочные половые связи, понимание того, что жизнь без детей бессмысленна. Ведь рожать для женщины — это самореализация. Это самая высшая цель. И женщина, лишенная этой возможности, может вести только разгульный образ жизни, занимаясь сексом с каждым встречным. Причем сам социальный устрой, который описан в книге, построен так, что если женщине запретили рожать, то она может трудиться на прекрасной работе, путешествовать, заниматься своим хобби. Повторюсь: социальный устрой мало чем отличается от ныне существующих цивилизованных стран. Но авторка через главную героиню доносит мысль, что это все тлен и вторично. Только рожать, только хардкор!

В общем, никому не советую читать эту книгу. Отвратительно, нелогично и тупо.

Синий билет или бессмысленная история овуляхи - вот как надо было эту книжку назвать, чтоб сразу обозначить читательскую аудиторию. В общем, в этой вселенной, когда у девочек начинаются месячные, они должны явиться на станцию и там лотерейная машинка, основываясь на каких-то неведомых алгоритмах, выдаст им билетик: белый - будь добра заводи семью, рожай детей, синий - живи как хочешь, без семьи или с семьей, но ток не плодись. Собственно, на этом все. Почему была принята такая система, на что расчет и тд - ничего этого нам не поясняют, надо принять как данность.

И вот наблюдаем мы за нашей главной героиней - Каллой (имечко подходящее, честно говоря), нам показывают, что она нервничает и комплексует, что к ней “ци дни” все никак не приходят, хотя к большинству одноклассниц уже нагрянули, ищет какие-то методы чтоб ускорить их приход и мечтает уже “повзрослеть” и узнать свою судьбу на лотерее. Настает этот “священный” день, отец везет ее на станцию, она получает свой синий билет, ее отправляют в отдельный кабинет на осмотр. Ничего не объясняя, в одно движение медсестра на живую что-то ей вгоняет в соответствующее место (как потом выясняется - спираль, и я не знаю, стоит ли упоминать, что такие штучки ставятся, обычно, спец.инструментами и с местной анестезией) и говорит, мол, врач все объяснит потом. Потом происходит нечто классическое для такого рода антиутопий - никто ничего не объясняет. Врач говорит что-то типо “Ну все, вы все свободны, в теперь уходите. уезжайте из этого города”. Девочкам выдают компасы… и они отправляются в путь, пешочком, искать себе новое место для жизни. Напоминаю, девочкам по 12-14 лет, первый день месячных, ни припасов, ни подготовки... Отличный план, че, надежный, как сами знаете что.

Ну а дальше, без каких-либо переходов и вступлений, перед нами предстает уже подросшая Калла, работающая в хим.лаборатории и ведущая вполне себе нормальную жизнь. Ну, вернее будет сказать, ведшая вполне себе нормальную жизнь, потому что ее как раз на наших глазах начинает косить шиза и всякие “глубинные темные желания”, которые ни что иное как внезапная непреодолимая тяга к размножению. Собственно, вот и весь сюжет

Концовка книги оказалась немножко менее банальной, чем я ожидала, что несомненно, на пол градуса снизило мое негодование, но все равно хлам еще тот. В целом, посыл книги прозрачен, автор в очередной раз хотела поднять тему важности свободы выбора, свободы распоряжаться своим телом, важности искоренения репродуктивного насилия и т.д. и т.п., но форма, в которой это сделано, не вызывает ничего, кроме множественных фейспалмов. Герои тупы как пробки, мир, в котором сее действо происходит, даже по швам не трещит, потому что их нет, он просто непроработан и безлик. Язык примитивен, диалоги прописаны тоже хреново, люди так не разговаривают, так что ни о каком погружении в историю и сопереживании и речи быть не может.

Хорошего только то, что книжка очень быстро читается и с тупости происходящего иногда можно похрюкать, на этом все.

Книга - не проста, и отзыв на неё писать тоже не просто.

Текст этой книги - отражение внутреннего состояния, субъективного мироощущения главной героини, которое не то чтобы не обязано, оно и не может быть прямолинейным. Если подходить к данному тексту прямолинейно, как в житейской истории, от которой требуется реалистичность, то такая логика в любом случае тут не срастётся, она и не используется, всё страстётся на уровне скрытой логики, логике на уровне переносных смыслов и символических значений с учетом преувеличений (гипербол) и других литературных приёмов.

Я не слишком сильна в жанрах, и особенно трудно мне определить жанр этого произведения. Детективом его можно назвать только с очень большой натяжкой, которая ещё чуть-чуть и лопнет. Текст явно представляет собой фэнтезийное повествование очень приближённое к реальности (поскольку в нём нет ведьм, ведьмаков, зомби и т.д.), но не вполне с ней совпадающее. Однако, объективная реальность может выражена не только прямолинейно, но и образно. Тут каждый решает сам насколько восприятие главной героини объективно и продиктовано снаружи - прессинговым социумом, а насколько - её собственные субъективные преувеличения.

Конечно, никто не стал бы даже пытаться удалять спираль плоскогубцами. Поэтому это - либо субъективное преувеличение главной героини, выражающее скорее то, как она это воспринимала, чем то, как она это действительно делала. Либо - уровень безбашенности главной героини. И оба предположения верны по отношению к ней.

Мне выдали синий билет, - говорит Калла. Читай: повесили ярлык, поставили клеймо во лбу "неблагонадёжная", непригодная, недостойная.

Меня сочли недостойной, чтобы стать матерью, - говорит Калла. Читай: живя бездумно, исключительно инстинктами, совершая необдуманные и аморальные поступки Калла зарекомендовала себя как человек, который не способен созидать. И смотреть на это нужно гораздо шире, чем только рождение ребёнка в прямом смысле. Ведь недаром можно увидеть себя беременной во сне вовсе не потому, что тебе именно это грозит, а потому что в тебе рождается что-то новое, хорошее, важное, происходит переоценка ценностей. Так вот синий билет подразумевает, что Калла на это неспособна. Во всяком случае так считает её социальное окружение. Сама же она мечется между "тёмным чувством", которое получает расшифровку то тут то там, превращаясь в её ощущение собственной недостойности, недостаточности, неблагонадёжности и протестом против такой оценки своей личности. Отсюда - постоянная агрессия вплоть до желания убить.

И вообще, почему именно синий билет? Синий очень похож на цвет депрессии (конечно, скрытой, поскольку свою уязвимость Калла не показывает), то самое уже упомянутое "тёмное чувство", о котором не раз героиня упоминает в тексте, ощущение неблагонадёжности, отверженности, "синдром дна". С другой стороны, высказывание: "Я знала, что синий был относительно новым понятием в смысле цвета, что долгое время после появления на свет мы не распознаем и не видим его, что различением синего цвета мы овладеваем постепенно...". как-будто указывает на надуманность её билета, как и вообще всех ярлыков, ценников и... скажем, порядковых номеров.

Впрочем, получив нелестную оценку своей персоне и неблагоприятную предопределённость для своего будущего от социума, Калла более или менее вписывается среди таких же как и она синебилетниц. Но кому может быть достаточно, если тебя признали непригодной? Все мысли будут о том, чтобы показать, что это не так, опротестовать это любым способом. Забеременеть вопреки запрету - это протест. Хотя можно на это посмотреть и по-другому: Калла оправдывает нелучшие ожидания социума на её счет. Ведь она решила стать матерью без отца с одной стороны (хотя, по-хорошему, кому бы было дело до этого, кроме неё самой?). С другой стороны, если ты решила выделиться на фоне других синебилетиниц, ответ в слишком однородном, и тем самым прессинговом социуме, в котором она живет, может быть только один - ты изгнана.*

Теперь подробнее о прессинговогом социальном окружении. Это - территория, где знают Каллу, где действует её синий билет, её клеймо**. Калла - сельская девчонка, как она сама себя называет. Уехать из её сельской местности в соседний городок - это не значит поменять социальное окружение. Всё тоже самое. Однако существует граница, где НИКТО НЕ НОСИТ МЕДАЛЬОНОВ, в которых девушки держали свои билеты. Марисоль знала такое место. Как-то давно ей довелось побывать "на континенте", и там можно чувствовать себя свободной от клейма. Эта граница - не обязательно граница между странами. Эта граница, за которой уже не распространяются косные правила маленьких населённых пунктов, где всегда придают пристальное значение тому, что можно принять за твой опознавательный знак (результат - ярлык) и к недостаткам, где к неявным достоинствам проявляют меньше интереса (впрочем, везде так), да и круг востребованных качеств и умений достаточно ограничен. За пределы такого социума можно и нужно вырваться, если тебе навязали роль, с которой ты не согласна. А значит убежать от себя вполне можно и нужно. Перепрыгнуть через голову - тоже. Поскольку благопориятное социальное окружение будет способствовать восстановлению твоего душевного благополучия и нахождению твоего истинного "я".

Само деление билетов на синии и белые, где подавляющее большинство (и это вопиюще!) получают синие билеты и только одна девушка на... десяток? или сколько их там было с Каллой? получила белый билет, выдаёт кранюю ограниченность в предложенных возможностях, суждениях, классификациях, если хотите. Ведь даже в радуге семь цветов, а есть ещё полутона. Так вот за границей такой прессинговой категоричности это понимают, там, откуда Калла происхождением - нет. (Тут обратим внимание, что автор - британская писательница. А обидная поговорка, что "девушка может уехать из деревни, а деревня из девушки - нет" - это перевод американской поговорки. И весь этот текст, собственно, развёрнуто показывает почему так трудно выехать из своего социального окружения деревенской девушке, в частности, такого типа как Калла, и ещё труднее не прихватить "деревню" в душе, в данном случае это - "тёмное чувство", заставляющее её жить на повышенных оборотах работы инстинкта самосохранения, быть агрессивной до асоциальности, до представления опасности обществу, порочной и неблагонадёжной, но властной и тем внешне неуязвимой, что добропорядочные люди пасуют перед такими. И хуже всего, что такая девушка нередко выбирает скорее быть опасной для людей, чем что-то поменять в себе. И она будет опасной, если останется в своём социальном окружении.

Когда социум запрещает Калле рожать, то по сути это означает, что социум вольно или невольно запрещает людям в отнотипном социальном окружении менять систему ценностей. О символическом значении беременности я уже сказала выше. Однако, при перемещении за границу такого социального влияния, переоценке ценностей уже ничто не будет мешать.

"Иногда мне хотелось спросить у него (у доктора): а разве я не должна была бы прожить свою жизнь, полагаясь только на свои инстинкты? Бежать, спотыкаясь и наталкиваясь на препятствия, к темному чувству."Калла говорит это всерьёз. Однако, человек - всё-таки высшеее животное, и разум ему дан не для того, чтобы жить одними инстинктами. У Каллы искажённое восприятие мира, вот почему для неё "белобилетницы как-будто жили в другом измерении..."

И ещё кое-что, что характеризует Каллу - высказывание её соседки Айоны (такой же синебилетницы): "...трудно соперничать с другими синебилетными женщинами, с этими расчетливыми шлюхами, которых хлебом не корми – дай только перепихнуться. Я имею в виду нас с тобой, уточнила она, мы же не такие, как все, и нам еще тяжелее, потому что у нас есть стандарты морали." И мысленный ответ Каллы на это: "Я не стала рассказывать ей, что как раз у меня не было никаких стандартов и что в прошлом я не чувствовала никаких угрызений совести".

Эту книгу можно связать с огромным количеством литературных произведений. Ну, например, недавно я прочитала рассказ Романа Сенчина "Немужик". Где главный герой в своём родном городке тоже получил ощущение некоторой "бракованности", хотя бракованным явно не был. Но вот он уехал в другой город, и ибавился от ярлыка бракованности, стал достойным человеком, добился успеха и уважения к себе. Словом, он пересек ту самую границу социального прессинга, где это стало возможным. Вполне уместно упомянуть тут и притчу Олега Роя "Пёрышко".

Уместен пример из книги Салли Руни Салли Руни - Нормальные люди , где главная героиня Марианна, хоть и хорошо училась, но оказалась изгоем в своём маленьком городке, но стоило ей поехать учиться в Дублин, и всё встало на свои места, она не только получила возможность быть самой собой, но и поняла, что именно такой её уважают и ценят. Примеров можно приводить бесконечно. Бакмана я ещё не читала, но понаслышке предполагаю, что Фредрик Бакман - Медвежий угол тоже во многом поднимает ту же проблему.

Один из моих любимых швейцарских писателей Лукас Бэрфус в своих эссе Lukas Bärfuss - Stil und Moral. Essays выражает недовольство некоторым превышением полномочий народной инициативы в родном маленьком городке, из которого, он переехал в Цюрих.

А в другой своей книге Лукас Бэрфус - Коала Бэрфус пишет о самоубийстве брата рассказчика (брата самого Бэрфуса?), чьё самоубийство было предопределено опять-таки двойной причиной - влияние извне, социума и внутренними причинами - степенью безысходности, которая не могла найти выход из-за инфантильности в отличие от брата. В этой же книге Бэрфус пишет о том, как надо вести себя в мелких населённых пунктах Швейцарии - я даже вынесла это в лайфхаки.

*Тут очень важно отметить, чтобы не возникло недопонимание, что запрет на деторождение по тексту существует в двух формах, но это не бросается в глаза читателю, и об этом до последнего не подозревает главная героиня. А именно: на уровне старших, умных и влиятельных, на уровне эмиссаров запрет оказывается не таким категоричным, как казалось Калле, и, в результате, её осудили не за то, что она посмела забеременеть, а за то, что она это сделала без мужа (опять-таки бездумно). Оказалось, что она ВПОЛНЕ МОГЛА стать матерью, если бы сделала это без спешки и с умом, сначала нашла мужа, а там... Это становится ясно из речи доктора. Однако более строгий и бескомпромиссный запрет существует даже не со стороны эмиссаров, а со стороны таких же как она синебилетниц, которые просто не позволят ей выделиться. "Чем она якобы лучше?" Именно они, такие же синебилетницы, разгромили дом Каллы.

**Не удержусь, чтобы ещё раз пояснить конкретнее на примере Швейцарии (поскольку в ней живу), и это будет также пояснением к двум "звёздочкам", поставленным в девятом абзаце. Мелкие населённые пункты Швейцарии страдают ксенофобией. Но стоит выехать в большой город, Цюрих ... да, какой угодно, многонациональный, наводнённый иммигрантами (≠ эмигрантами), так с такой проблемой если и столкнёшься, то она легко рассосётся, скажем, при смене работы, либо просто перестать общаться с ксенофобом. Но в горной деревушке такая проблема никогда не рассосётся. Поскольку её жители едины в своей ксенофобии (ну, может, это так не касается горнолыжных курортов). Таким образом территорию ксенофобии можно приравнять к той территории, где у главной героини действовал синий билет, а там где влияние ксенофобии заканчивается, находится та самая граница, к которой стремилась героиня. Но ксенофобия это только пример лично от меня, как одна из выраженных проблем мелких населённых пунктов Швейцарии, создающих местный прессинг, негибкость, нетерипимость к чужому, другому, непохожему.