Особняк с выходом в астрал

– Первое правило спокойной жизни: никуда не лезь.

... Ешь, ешь, для тебя готовила. – Еще один талант Клавдии: врать без зазрения совести, при этом вкладывая в слова всю душу. Не будь я вместе с ней в кулинарии, свято бы поверила, что она полдня простояла у плиты.

Мой рассказ подруге не понравился, она мрачнела на глазах и предсказуемо заявила: – Охренеть… – но тут же поправилась: – Я имела в виду… – Твой рассказ поверг меня в шок, – подсказала я.

Мадемуазель, вы сразили меня своей неслыханной щедростью… – Лизка, как интеллигентно на хрен послать? – Мне кажется, вам стоит сменить направление и ускориться. – Правда? – засомневалась подруга. – Можно проще: не отвлекай меня, я занята. – Короче, ты понял, – повернулась она к Андрюшеньке.

– Ага, именно. Лизка, тебе не кажется странным, что вместо одного слова приходится употреблять целых пять, а результат желает лучшего? – Подходящее время для дискуссий на лингвистическую тему, – сказала я.

... привычка Клавдии, вдруг разгневавшись, разражаться той частью великого и могучего, который она знала в совершенстве, меня, признаться, слегка пугала, и я перво-наперво поспешила донести до нее мысль, что леди так не выражаются. – Леди делают то, что хотят, – отрезала Клавдия...

Мы устроились друг напротив друга, он то и дело хитро на меня поглядывал, а потом заявил: – Лизавета, скажи честно, я тебе нравлюсь? – Ха, – хмыкнула я. – Да я была твоей еще на «здрасьте».

Как любила говорить моя бабушка, «взаймы берешь чужое, а отдаешь всегда свое».

... после чего предложил: – Лизавета, давай я тебя поцелую? – С какой стати? – За поцелуями время пролетит незаметно. – У меня книжка есть, – порадовала я, а он вздохнул.

– А мама всегда говорит: если не знаешь, как поступить, поступай правильно,...

Но напрягаться совершенно не хотелось. Я в принципе напрягаться не люблю. Моему сердцу куда милее плавное и неторопливое течение жизни. А теперь ее тихие воды жутко взбаламучены.

Клавдия села напротив, с отвращением глядя на листья салата в своей тарелке. – Что за мудрец выдумал диету? – сказала она, употребив вместо «мудреца» более привычное слово. – Ну и наплюй на нее, – пожала я плечами. – Скоро лето, а жопастых леди не бывает. – Бывают. – Волдырь на языке вылезет со старшими-то спорить. Тебе хорошо, у тебя фигура зашибись.

Многие выражения я слышала впервые, хотя выросла в рабочем районе, кисейной барышней не была и, уронив утюг на ногу, поминала отнюдь не хризантему, а все то, что обычно вертится на языке в таких случаях.

Потому что деньги понадобились. Мне, кстати, тоже. – Тебе-то зачем? – Сбежала бы куда-нибудь на полгодика. – И меня бы бросила? Хороша подруга. – Критику принимаю. Хотя мы могли бы сбежать вместе. – От проблем не бегают. Их решают, – изрекла Клавдия.

– Так я и думал, – запричитал бывший мент. – Там никаких командировочных не хватит.
– Лизка, скажи, почему я терплю этого гада? – обратилась она ко мне.
– Мы ждем нападения врагов в любой момент. Он станет первой и, надеюсь, единственной жертвой.
– Тогда ладно.

... пары секунд хватило, чтобы мозг забил тревогу, кажется, я даже успела подумать: «Мамочка, вот это ни хрена себе», хотя данная светлая мысль могла явиться позднее. А в те первые минуты я действовала, исключительно следуя инстинкту. А он вопил во весь голос: «Сматывайся, дура!»

Меня она считала гением, на что я обычно скромно пожимала плечами. Доброе слово, как известно, и кошке приятно.

Охотнее всего люди платят за мечту. Пришел, дал денежку, и тебе все доходчиво объяснили, что надо делать, а что нет, кто прав, а кто виноват.

Жулики очень часто бывают доверчивы.