Ну а в данный момент они с большим подозрением разглядывали принесенный Игорем поднос с чаем.
— Чаепитие — протокол, — промолвила леди ле Гион. — Я настаиваю.
— Это правильно? — резко спросил господин Белый у доктора Хопкинса.
— О да, — одобрил доктор. — Но непременно с имбирным печением, — добавил он полным надежды голосом.
— С имбирным печеньем, — повторил господин Белый. — Печеньем красно-коричневого цвета?
— Мне хотелось бы попробовать имбирное печенье, — вдруг высказалась госпожа Красная.
«Хорошая мысль! — подумала леди ле Гион, — Пожалуйста, попробуйте имбирное печенье».
— Мы не едим и не пьем, — отрезал господин Белый и, явно что-то подозревая, посмотрел на леди ле Гион. — Это может спровоцировать неправильное мышление.
— Но таков обычай, — возразила леди ле Гион. — Игнорирование протокола привлечет внимание.
Господин Белый задумался. Похоже, он начинал осваиваться.
— Это противоречит нашей религии! — вдруг воскликнул он. — Правильно!
Это был поразительный скачок. Он проявил изобретательность. Причем совершенно самостоятельно. Леди ле Гион была удивлена. Аудиторы давно пытались понять религию, потому что как раз во имя ее совершалось подавляющее большинство наиболее бессмысленных поступков. Религия могла служить оправданием практически любой экстравагантности. Взять, к примеру, геноцид. По сравнению с этим отказ от чаепития был сущей мелочью.