Скотный Двор. Да здравствует фикус!

Эта книга не о конкретной политической системе, эта книга о людях, которые при любой системе становятся зверьми.

И пусть за основу книги взят коммунистический строй СССР, вряд ли кто-то кинет в меня камень, если я скажу, что все то же самое можно наблюдать и в нашем любимом демократическом обществе.

Это книга шаблон. Оруэлл классифицировал людей, как когда-то Линней животных, и описал каждый вид.

Овцы: ну кто может сказать, что он никогда не видел ораву безвольных глупых людей, выблеевающих вбитые в их головы чужие бессмысленные лозунги. Неспособных думать своими мозгами, и от того принимающих любые нововведения как истину в последней инстанции.

Кони: у каждого на работе найдется свой Боец. Такой замечательный добродушный парень, до одурения наивный, который готов пахать день и ночь не за еду а за идею. Именно на таких держится мир, и именно их костьми выстлано его основание.

Псы: эти готовы исполнить все, не гнушаясь самой грязной работы. Исполнить волю хозяина их единственная задача, как минимум на первый взгляд. На поверку, готовые сегодня служить одному, завтра другому, главное чтобы вдоволь кормили.

Стукач: все в имени его. Ученый брат, готовый менять историю в зависимости от обстоятельств, способный белое сделать черным и наоборот. Умелый оратор, убедительный лжец, изменяющий факты не доказательством, а словом. Ведь слово самое страшное оружие.

Обвал: должен был быть не свиньей, а козлом. Козлом отпущения, который так необходим любой власти. Общий враг сплачивает ряды, на общего врага можно свалить любой грешок:

Коровы дружно жаловались, что Обвал пробирается в коровник и доит их во сне.

Общий враг это панацея для любого кризиса власти.

Наполеон: озвучивать имя прототипа не имеет смысла, все понятно. Но с другой стороны, если оглядеться, не такие ли персонажи окружают нас сплошь и рядом. Люди, которые готовы воздвигнуть себе трон в любом дерьме, водрузить на него свои грузные задницы и держаться за него любыми способами. Думаю, многие в харе Наполеона узнают не только высшие чины государства, но и вполне приземленных, родных начальничков, мнящих себя венцами власти.

Есть здесь и другие животные под шкурами которых прячутся знакомые нам лица. Но всех перечислять нет смысла, это задача Оруэлла, с которой он замечательно справился.

Скотный двор поучительная и интересная сказка. Интересная, в первую очередь, тем, что и сейчас очень близка к реалиям нашей жизни. Коммунизм, монархия, демократия - какая разница, ведь не имя делает человека, а человек имя. И пока к власти будут приходить низкие в своих душевных порывах свиньи, жадные до собственного возвеличивания, не важно в какой стране будет жить человек, ничего хорошего он все равно не увидит. Но при достойном правителе и абсолютный тоталитаризм - благо для народа.

Я пишу эту рецензию, а на моем столе рядом с пепельницей жалкой бесстыжей кучкой валяются десять металлических червонцев и два потрепанных полтинника - весь мой капитал на сегодняшний день. Признаться честно, тяжело творить на голодный желудок и вытягивать из головы слова, ощущая себя при этом несчастным, убогим голодранцем. Вчера днем я заходил в книжный магазин, хотел купить роман Джорджа Оруэлла «Да здравствует фикус!» в бумажном варианте, но в итоге ушел оттуда несолоно хлебавши, проклиная все вокруг, ибо сейчас на книги такие цены, что проще скачать их в интернете, а на сэкономленные деньги купить бутылку дешевого пойла и упиться до беспамятства, что я, собственно, и сделал.

Увы, в наше время власть денег достигла таких масштабов, что люди, преклоняясь перед Бизнес-богом и принося ему в жертву свои души, постепенно превращаются в их покорных рабов, готовых на все, лишь бы в банке лежала кругленькая сумма, а в холодильнике горы жратвы. И ведь повсюду одни только деньги, деньги, деньги. Везде одни и те же «купи-продай», «возьми кредит», «подари жене шубу», «выгляди стильно», «обеспечь себе достойную старость». И конца и края этому нет. И как же тошно порой бывает от всего этого. Ох, как тошно! А если ты нищий, так на тебя вообще никто смотреть не захочет. Деньги, конечно, много чего дают полезного и приятного, но еще они дают прекрасный повод ощутить себя мелким, грязным, отвратительным ничтожеством, особенно тогда, когда их у тебя нет. Так может быть действительно стоит объявить деньгам войну и попытаться сбросить с себя их гнет?

Гордон Комсток в романе «Да здравствует фикус!» так и сделал, но в конечном итоге потерпел жестокое поражение. Потому что по-другому не бывает. Потому что деньги изначально непобедимый соперник. Каким бы ты ни был ловким и проворным Давидом, денежный Голиаф все равно растопчет тебя, сотрет в порошок и бросит в самый эпицентр поклонения деньгам на потеху обществу потребления с его красноречивыми лозунгами и рекламными плакатами.

Можно, конечно, назвать Гордона Комстока жалким неудачником, пришибленным лузером, ведь он только и делал, что ныл, негодовал, фрустрировал, сыпал проклятиями, а стремиться к чему-то не стремился, но, позвольте, он выбрал свой путь. Путь на дно, подальше от денег, прочь от мерзкого озабоченного общества потребления, туда, где его не найдет Бизнес-бог со своей преданной паствой. И это его право. Другое дело, что спрятаться от всего этого практически невозможно. Везде достанут, даже на дне (тем более на дне), и поставят на подоконник сочный, пышущий силой и здоровьем фикус, как неизменный символ материального благополучия, или уничтожат, как лишний элемент в денежной системе. Но что же тогда делать? Как быть? Ответ, на мой взгляд, прост и банален – если не хочешь попасть в лапы хищного беспощадного зверя под названием деньги, если не хочешь быть зависимым от хрустящих, приятно пахнущих купюр, то просто перестань ставить их во главу угла, превращать в смысл своего существования и делать из них центр мироздания. Иначе говоря – относись к ним проще, не заморачивайся. Есть – хорошо, нет – ну и ладно.

Я пишу эту рецензию, злосчастные монеты по-прежнему лежат на столе, в пепельнице дымится дешевая сигарета, а в голове у меня неумолчно играет песнь благодарности Джорджу Оруэллу за его очередной шедевр. Писатель в очередной раз предстал передо мной этаким могучим титаном писательского мастерства, исполином литературы. Проблема, которую он поднял в своем романе и которую так искусно обыграл, еще долгое время будет оставаться злободневной. А каков язык! Острый, едкий, колючий, выжигающий нутро, пробирающий до костей. Его язык хлещет наотмашь, будто кнут в умелых руках пастыря. Оруэлл не только заставляет сопереживать главному герою, но и вызывает некое подобие злобы и обиды на весь белый свет, желание незамедлительно бросить вызов власти денег, и вместе с тем покорное смирение, принятие всех правил большой игры под названием человеческая жизнь. Так что, друзья, мне ничего не остается, как выйти на балкон и гневно закричать на весь мир: «Да здравствует чертов фикус! Да здравствуют чертовы деньги! Да здравствует чертово общество потребления! Да здравствует чертов Большой Брат!»

«Там, в 1936 г. для меня остановилась история. Я с детства знал, что газеты могут лгать, но только в Испании я увидел, что они могут полностью фальсифицировать действительность. Я лично участвовал в „сражениях“, в которых не было ни одного выстрела и о которых писали как о героических кровопролитных битвах, и я был в настоящих боях, о которых пресса не сказала ни слова, словно их не было. Я видел бесстрашных солдат, ославленных газетами трусами и предателями, и трусов и предателей, воспетых ими как героев. Вернувшись в Лондон, я увидел, как интеллектуалы строят на этой лжи мировоззренческие системы».

Для современного человека это вряд ли является откровением, уж мы-то с вами тертые калачи! Все видели, все знаем, все понимаем. Но нет никакой возможности представить себе, каким потрясением это было для людей того времени. Особенно для такого внимательного к мировому историческому процессу человека, как Джордж Оруэлл. В своих статьях он нещадно бил политические режимы всех стран: и СССР, и Англии, и Германии. Британцы почти до самой смерти подозревали его в связях с коммунистами, которые в свою очередь его терпеть не могли. Оруэлл очень внимательно изучал историю и культуру России, следил за развитием политической мысли, верил в возможность преобразований. Как сказал один из его друзей: "Он страдал за русскую трагедию слишком сильно для наблюдателя. Он постоянно говорил о Сталине, о репрессиях, о голоде, об исчезающих людях. Но и когда он не говорил, мне казалось, что он думает об этом". И нет ничего удивительного в том, что Оруэллу, умевшему мастерски анализировать и классифицировать исторические процессы, происходящее в нашей стране было видно гораздо яснее, чем самим гражданам СССР.

Некоторое время он пытался искать оправдания репрессиям, спорил и ссорился с коллегами, но в конце концов пришел к выводу, что "жажда власти, может быть, не ситуативная реакция, а органическое свойство человеческой природы." Произведения Оруэлла не просто мрачны, а беспросветны, это итог страшного разочарования человека в собственной природе.

"Скотный двор" был написан им ещё во время войны. Его нельзя назвать антиутопией - в произведении в аллегорической форме описаны реальные события 1917-1943 годов. А значит оно принадлежит к жанру политической сатиры, невеселой карикатуры. Причем в формате сказочки о животных - дети будут в восторге.

"Необходимо разрушить сталинистский миф во имя возрождения социалистического движения, ... миф побивается мифом, как огонь огнем".

Персонажи книги крайне интересные, и не просто узнаваемые (Сталин, Троцкий и т.д.), а во многом типичные. Классификация "животных" Оруэлла работает и по сей день. Особенно активизировались в последнее время овцы, которые любят скакать и бездумно выкрикивать чужие лозунги. Привлекательно выглядят персонажи, для которых политическое устройство ничего не меняет в жизни: кошка, которой при любой власти хорошо, и ослик, которому при любой власти плохо. А власть на Скотном дворе принадлежит великой посредственности, товарищу Наполеону. Который не в состоянии довести до ума ни одного выгодного проекта без чудовищных потерь (строительство мельницы, торговля). Зато с помощью несложных хитростей и грубой силы выстраивает идеальное тоталитарное государство. Оруэлл перечисляет огромное количество характерный черт революции на Скотном дворе: наличие отлаженного силового инструмента (псы), поиск внешнего врага (Обвал), переписывание законов и истории (заповеди), обособление власти от народа (свиньи живут в доме), полный контроль СМИ (Стукач) и религии (ворон Моисей), нездоровое рабочее воодушевление вплоть до самопожертвования (Боец), расцвет бюрократии и организаций контроля (скотские комитеты), становление культа личности (незаменимый товарищ Наполеон, как же мы без него!?). И, наконец, история приходит туда, с чего все начиналось - к кнуту.

На примере Русской революции и ее последствий, Оруэллу удалось сформулировать общие закономерности всех мировых революций, любой формы власти человека. Если люди произошли от обезьян, то политики, безусловно, произошли от свиней. И эта истина справедлива для любого строя, для любого государства, для любого времени.

Я бы никогда не поверил в эту историю. Проблема лишь в том, что она произошла на самом деле. И это действительно страшно.

"Они переводили глаза со свиньи на человека, с человека на свинью и снова со свиньи на человека, но угадать, кто из них кто, было невозможно."