Античная трагедия

Завидна жизнь царей: они лишь могут
И говорить, и делать, что хотят.

...Есть два стыда:
Священный стыд и ложный, но тяжёлый.
А будь меж них светла для света грань,
Они одним бы словом не писались...

Да, жизнь человек лишь мука сплошная,
Где цепи мы носим трудов и болезней.

...А до муки
И дела нет им материнской. Да,
Страдания детей не занимают.

Иль мало есть
Прослывших гордецами оттого лишь,
Что дом милей им площади иль видеть
Они горят иные страны? Шум
Будь людям ненавистен, и сейчас
Порочными сочтут их иль рукою
Махнувшими на всё. Как будто суд
Глазам людей принадлежит и смеем
Мы осудить, не распознав души

Смерть принять единожды
Милей, чем каждый день в сплошном страданье жить.

Да, кто во тьме недоброе замыслит,
В своей душе предателя взрастит;
Но хуже тот, кто, пойманный с поличным,
Прикрасы слов наводит на вину.

И Зевс от предрешенной не уйдет судьбы.

Что ж! Если боги — за царя, — то в смерти

Познаю я вину и искуплю.

Но если он виновен, — горя чашу

Мою — не более испить ему.

Уж не числюсь среди живых я,

Еще не став между мертвых мертвой.