Последний человек. Мировая классика постапокалиптики

— Но позвольте, никто не может быть равнодушным к будущему человечества! Все страдания людей, и живущих теперь, и живших раньше, необходимы для того, чтобы создать счастье будущих поколений, придет время, когда не будет страданий...
Бродяга прервал меня презрительным жестом.
— Поймите же вы, что я не хочу быть рабом этих будущих людей! И какой толк для меня и для миллионов других таких же, как я, в том, что когда-то через десять тысяч лет люди будут жить в райских садах, что ли. Я хочу жить, и все другие, которые умерли, не дождавшись этого вашего блаженства на Земле, они тоже хотели жить. Счастье нужно было им самим, а не каким-то там неведомым жителям блаженной страны.

Виновных отправляли в висящие кладбища, — так назывались верхние слои атмосферы, куда преступники поднимались в клетках, подвязанных к аэропланам особого устройства. Снабжённые огромным запасом энергии, машины этих плавающих гробниц могли автоматически работать в течение многих десятков лет. Преступник умирал от недостатка воздуха и от холода; вместе с аэропланом труп его блуждала безднах воздушного океана. Такое вечное путешествие было придумано после того, как цивилизованные народы раз и навсегда отказались от применения смертной казни. Осуждённому в очень торжественной обстановке прочитывали статьи международного договора об отмене смертной казни. Потом его запирали в клетку, желали счастливого пути, и блестящая лёгкая гробница, похожая на обшитый глазетом гроб, плавно поднималась на такую высоту, где прекращалось действие всех законов — и международных, и каждого отдельного государства.