The Perfect Marriage

Любил ли он ее? Ему нравилось, как она смотрела на него. Нравилось, как дрожала ее нижняя губа и напрягались ноги, когда она испытывала оргазм. Ему нравилось, как падали ее длинные каштановые локоны на глаза трепетной лани, когда она двигалась на нем. Нравилось, как ее стройная спина изгибалась полумесяцем, когда он входил в нее. Любил ли он ее? Он любил ее настроения. Но вопрос не в том, любил ли он. Вопрос в том... был ли он ее убийцей?

****

-У меня просто есть теория, что животные и дети - это безделушки нашей жизни. Приятно смотреть и интересно собирать, но они не служат никакой реальной цели.

После десяти лет брака Адам всё еще
целует меня. После десяти лет брака я всё еще разочаровываю его.

В снах забавно то, что вы всегда в конце концов просыпаетесь.

Мы сидим в тишине, потягивая скотч, пойманные в ловушку браков без любви, где занимаем второе место после людей, которых любим.

— Я всегда проверяю людей. Если они не смогут справиться со мной в моем худшем состоянии, они не заслуживают меня в моем лучшем виде, –

— Почему ты защищаешь меня? После того, что я сделал…
— Потому что когда я сказала «пока смерть не разлучит нас», то имела в виду именно это; и я единственный человек, у которого есть хоть какой-то шанс вытащить тебя. –

— Подожди, – говорю я. Она замирает. Я беру фотографию, переворачиваю ее, а затем хватаю бумажку, прикрепленную к верхней части одной из папок. На ней написано:
Вот копии материалов дела, которые ты просила.
— Что это?
— Разве ты не видишь? – Я смотрю на нее, а затем снова на надпись на фотографии и записку.
— Что именно?
Мои глаза снова и снова обводят изгибы букв.
— Один и тот же почерк.

В свой шестнадцатый день рождения я нашла тело матери в кишащем тараканами номере мотеля, в котором мы остановились. Передозировка героина – ее подарок мне на день рождения. Больше не нужно было заботиться о ней, работать по сорок часов в неделю, чтобы прокормить нас обеих; не нужно было отбиваться от мужчин, которые думали, что я стану для них развлечением после того, как она теряла сознание.
Больше часа я смотрела на ее бледное худое тело – пустую, безжизненную оболочку. В ее руку были воткнуты четыре иглы. Я собрала наши вещи и подошла к телефону-автомату, чтобы позвонить в 911. Это был последний раз, когда я видела свою мать. Тогда я поклялась никогда не быть такой, как она.
Тем не менее моя мать сделала для меня больше, чем Элеонора для Адама. Она сделала меня мудрой и независимой, заставила меня научиться бороться за себя.

Он просто предположил, что я не наблюдаю за ним, – и ошибся.

Было нанесено тридцать семь ударов ножом. Возможно, вам интересно, как я могла поступить так с другой женщиной? Легко. Если б кто-то вошел в ваш дом и украл что-то, вы защищались бы? Вы, наверное, думаете, что я говорю о Келли Саммерс, но это не так. Я говорю об Адаме.