Миллион приключений

Отстало живём, тёмные мы люди. Горстка рыцарей и князей угнетает простой народ, который живёт в нищете и бесправии. Просто безобразие. Ждём не дождёмся, когда начнётся Возрождение. Может, тогда вздохнём немного.

- Боюсь, что вы мне не поверите, потому что такого не бывает.

• Всё на свете сначала не было, а потом началось.

Никогда нельзя принимать решений, не посоветовавшись с виновной стороной.

если не вооружен, лучше отступить перед незнакомой опасностью.

Избрав себе кумира, не подражай ему в мелочах.

Все мы изменяем мир, и историки в том числе. Наш мир существует не первый день и не последний. И когда мы узнаём новое о прошлом, этим мы изменяем не только прошлое, но и настоящее. Понятно?

Это на цивилизованных планетах документы отменили, а на некоторых даже ещё не придумали.

Когда приходит завоеватель, почти всегда находятся такие, которые думают, что им выгоднее быть на стороне сильного.

Хуже нет, чем возвращаться с полпути.

Когда человек хочет верить своему другу, он всегда найдет оправдание.

Отвага должна быть разумной.

Все в нашем мире относительно. И время, и расстояния… и верность друзьям, и отвага, и трусость.

Если шпионы будут похожи на шпионов, тогда их не надо искать.

С удивительным для питекантропа хладнокровием Геракл выждал момент, когда комар был совсем близко, и со всего размаха треснул его палкой по голове.
Комар хрустнул и упал в траву.
Геракл оперся на свою дубинку и ждал, пока биологи вылезут из бассейна.
– Вот так обезьяны превращаются в людей, – сказала серьезно Машенька, глядя на Геракла.
– Их к этому принуждают обстоятельства, – добавил Джавад.

В науке всегда найдется кто-нибудь с крайними взглядами, а надо искать золотую середину.

юный питекантроп взвизгнул, бросился к нему и обнял, как потерянного брата. И разлучить Пашку с питекантропом не удалось.

— Что простительно питекантропу, — не сдавался Аркаша, — то позорно для человека. Мы должны исправлять ошибки предков, а не усугублять их. 

— Что простительно питекантропу, — не сдавался Аркаша, — то позорно для человека. 

— Это бесчеловечно, — вещал он, размахивая тонкими руками. — Это недостойно гордого звания человека.

Геракл оскорбился в своих лучших чувствах и обиженно заревел.