Цвета расставаний

Нашим лучшим временем были шестидесятые. Краткое время надежд на то, что после возведения Стены будет больше свободы, больше культурной открытости, больше готовности к научно-техническим нововведениям.

Или ты так притерпелась к своей боли, что без нее уже и жить не можешь?

Ты отпускаешь канат, – сказала она, улыбаясь, и заговорила о том, что люди, которые для нас важны, в добре или во зле, – как причальные тумбы, к которым корабль крепят в гавани. Канат можно захлестнуть за тумбу плотнее или свободнее, он может держать сильнее или слабее. – И когда канат отпущен, корабль становится свободен и может снова уходить в плаванье.

Он не хотел бы снова стать молодым. Снова и снова падать настолько низко, насколько высоко хотел взлететь, снова и снова испытывать столь же горькие разочарования, сколь сладкими были надежды, – это тоже молодость, и она прошла, и хорошо, что она прошла

когда мы действительно любим, мы не можем сделать ничего действительно неправильного

В печали поддерживает печальная музыка

Наверное, в иных случаях освободиться можно, только предав тех, кому обязан верностью

чем старше мы становимся, тем больше вспоминаем детство и юность.

Он думал тогда, что она должна его понять и утешить, как мама набедокурившего малыша, и что она не будет на него сердиться. Какое унижение, когда не женщину в тебе видят, а только мамочку!